Дотянулся до кровати и стащил пару подушек, закинув их себе за спину.
Пребывая в полном замешательстве, я всё же позволила ему себя развернуть и усадить меж раздвинутых бёдер.
– Заодно восстановим твои силы, – пояснил он, хоть я не особенно и противилась.
И в следующую секунду оказалась в кольце мощных рук, прижата спиной к горячей мужской груди. Ничего себе, поворот. Вроде бы всё безобидно и только ради моего спасения, но слишком уж интимно.
Бинт полетел на пол. При таком скудном освещении, что давал огонь в камине, рассмотреть как следует рану было сложно.
Но и без того ясно – зрелище тошнотворное. Ничего вроде бы серьёзного, но заживо содранный слой на коже придётся теперь восстанавливать долго. Спасибо, Торнтон, что б ты был здоров. Интересно, кстати, куда Фрейзеры отправили его самолётом? Домой в Дипвуд? Пожалуй, спрашивать сейчас не буду.
Джордан взял моё запястье в свою ладонь, и замер. Его дыхание было ровным, и почти бесшумным.
И вот опять это удивительное ощущение. Но если в прошлый раз я находилась в полубессознательном состоянии, то сейчас могу в полной мере прочувствовать воздействие его исцеляющего дара.
Боль, действительно, стала уходить. И через несколько минут исчезла совсем. Но внешне, кажется, ничего не изменилось.
– Я думала, что рука сразу начнет заживать! – разочарованно протянула я. Так хотелось волшебства.
– Твоя рука сразу после повреждения и начала заживать, – ответил он менторским тоном, совсем как мой куратор в колледже. – Еще вчера включились механизмы регенерации.
Но теперь дело пойдет быстрее, и утром ты заметишь разницу.
– Спасибо, – пристыдившись, прошептала я. – А тебе было больно?
– Я чувствовал то же, что и ты.
– Это просто невероятно.
– Невероятно, на мой взгляд, то, что ты об этом раньше ничего не знала.
Вот и Торнтон никак не может в это поверить, подумала я. Но вслух его упоминать не стала.
– Я выросла в обычной семье, среди обычных людей. Мне всё еще сложно поверить в существование чего-то сверхъестественного.
– Род МакКиннонов – Иннаты, Оливия.
Обычными вас уж точно назвать нельзя.
– Бабуля решила об этом молчать, по какой-то причине. А потом – то нападение…
– Мы всё выясним, – пообещал он.– Кто на вас тогда напал. И что с тобой теперь творится.
Я уже открыла рот, чтобы снова спросить, зачем ему это нужно. Но вовремя передумала – сказал же, завтра все объяснит.
– Сможешь сегодня спать, не задевая место ожога? – вдруг спросил он.
– Попробую.
– Тогда не будем бинтовать – быстрее затянется.
