— Да какого фига я должен постоянно есть из контейнеров, ты весь день дома, сложно поднять зад и приготовить? — повышая голос спросил у этой неряхи и лодыря. Иначе не скажешь. Вокруг бардак, ничего не приготовлено, ну намарафетила она свое лицо, надела шелковый халат, только от красоты ее сыт не будешь…
— Няня у Аньки заболела, я весь день с ребенком…, — начала она обвинительно, тоже повышая голос.
— Ты издеваешься?! — взорвался я на эту ее вечную отмазку, — Поэтому дочь мокрая, не расчесанная в коридоре, на паркете рисует фломастером?
— Я отвлеклась, — пошла на попятную она, — Видимо только сейчас описалась…
— Хочешь я тебе скажу, когда это было, и чем ты была занята? — подходя к ней ближе, нарочито спокойно спросил у жены.
— Чем? — задрав подбородок, насмешливо спросила Саша.
— В соц сетях сидела, не вылезая, так что одна задница торчала, а дочь и не ела ничего, как я понимаю за сегодня? — последнее просто взбесило меня, так как не первый раз без няни остаемся.
— Она не хотела, — пожала плечами эта… недомать.
— Ты просто… Анют, — позвал дочь и пошел за чистыми колготками, — Пошли купаться и кушать. У нас молоко есть? — прокричал Сашке, с нее станется, что и продуктов не окажется в холодильнике. Забудет, как всегда, морду накрасить не забудет, а всё остальное из головы вылетает.
— Вроде…, — вяло отозвалась она. А я еле сдержался, чтобы не впечатать кулак в дверь. Она оказалась никчемной матерье, ужасной хозяйкой, еще и лживой дрянью…"
"Как назло, в голове всплыл образ Наташи… Три года я не видел ее, три долбанных года.
Только сейчас понял, что считал дни до этой встречи, специально ездил мимо ее дома и работы, и ни разу не поймал. А тут, в пробке, случайно. Такая счастливая, такая неземная… Увидел ее и забыл, как дышать, прошлое обрушилось на меня, как ушат ледяной воды. Наше знакомство, наш первый поцелуй, наши самые лучшие десять лет совместной жизнь.
У нее всегда был ужин, чистота в доме, и при этом, она работала, не то что… А ребенок? Наташа мечтала о нем и, появись у нее дочь, она бы не держала ее голодной и мокрой… Следовал за ней, не в состоянии отпустить, поехать дальше по своим делам, она, как маяк, манила меня, притягивала к себе… Стала краше, интереснее… А эта юбка ее? Не выпустил бы из дома в такой! Не моя, моя Наташка. Вот такой каламбур.