Магические прослушки – вроде тех, что были в королевском дворце? Тоже исключено: Карина и Карла рассказали все, что знали об этих устройствах (а знали они много) и научили Славу определять их по виду. Вряд ли Пино и его подельник могли придумать нечто новое, более эффективное.
Единственным и самым пугающим ответом было одно: они схватили Софию. Может быть, даже специально позволили ей пообщаться со Славой, а после… Угрожали? Пытали?..
– Что ты сделал с ней?! – Слава подступила к метаморфу, готовая вцепиться в пергаментное горло и задушить гада голыми руками.
– Если ты обидел Софию, то можешь попрощаться с жизнью!
Метаморф отступил под защиту вооруженной охраны. Он смеялся, перехватившись за живот. Ремень его угрожающе сполз на бедра, угрожая оставить доходягу без штанов.
– По-твоему это смешно? – гневалась Слава. – Считаешь, цель оправдывает среда, и тебе позволено мучить и убивать людей? Признавайся, что ты сделал с Софией? Решил и ее взять в заложницы?
Пино хмыкнул. Глядя на Славу так, точно внезапно увеличился в размерах и стал великаном, он проговорил все тем же насмешливым тоном:
– Помилуй Тьма, зачем мне обижать собственную мать? Тем более держать ее в заложницах?
– Мать?!
У Славы закружилась голова.
Она не могла поверить словам метаморфа, считая их уловкой или дурным розыгрышем. Но вот из-за спин охранников бочком выскользнула сама экономка и, похлопав сынка по плечу, проговорила непривычно злым, полным едва скрываемого презрения голосом:
– Вот уж действительно, истинная парочка: идиот и дурочка.
Что ты, что магистр – такие легковерные. И такие доверчивые. Он принял меня в семью, допустил к беременной жене, купившись на обещание заботиться и оберегать. О да, я так и поступила – оберегла Фиделию от бездарной жизни. И от рождения наследника рода Дэмонио. И магистра я долго уберегала от новой женитьбы, распространяя о нем такие жуткие слухи, что у потенциальных невест волосы вставали дыбом. И от нянь помогала избавиться – от некоторых особо упёртых путем умерщвления. И тут появилась ты… – София фыркнула и уперла руки в бока.
Наслаждаясь собственным триумфом, она подошла чуть ли не вплотную к Славе. – Такая благородная и стойкая. Еще и замуж собралась, покорив нашего идиота Дрэго совей добродетелью. Ничего тебе не светит здесь, слышишь! Для начала я снова сделаю тебя инвалидкой, сняв магическое исцеление. А когда станешь ненужной, вышвырну тебя, убогую, в твой немагический мир подыхать.
Слава тряхнула головой, но наваждение не исчезало.