Потом, как это часто делается при вербовке, гостеприимный хозяин в лоб спросил: «Можешь сделать то-то? Я плачу большие деньги». Распаров имел тесный контакт с Давлатовым, а для полевого командира заполучить такой лакомый кусок, как генерал 10-го Главного управления Генштаба, было редкой удачей. Все просто – одна сторона платит, другая получает согласно условиям. Вскоре Евгений Александрович поменял Генштаб на Министерство обороны, но не прекратил своих лекций в лагере боевиков.
– В конце 1999 года, – продолжал Эйдинов, – Зубахину предложили создать коридор для переправки наемников в чеченские лагеря и обратно.
Хотя коридоров и так хватало. Его бывший подчиненный майор Тавров, «застрявший» в Чечне на три месяца, принял сразу два решения: работать на прежнего шефа и написать героический рапорт о продлении срока пребывании в зоне боевых действий. Именно Таврову принадлежала рискованная идея вовлечь в «караванный» бизнес разведчиков из отдельного батальона. А вот «фокус» с трупами боевиков – целиком и полностью заслуга генерала Зубахина.
С одной стороны, он показал эффективность действий военных в целом и своей преступной группки в частности, которая в глазах его подчиненных возросла едва ли не до Объединенной. С другой – угодил Давлатову, который оценил юмор коллеги: Индус мог сэкономить на контрактниках энное количество денег и получал дополнительное время противостояния в своей зоне ответственности. Кстати, стимул для полевого командира немалый: его отряд подвергается массированным бомбовым ударам, а он легко и с минимумом потерь уходит.
На данный момент Давлатов – едва ли не самый легендарный чеченский командир.
Эйдинов неопределенно пожал плечами:
– Верить в эту историю самостоятельных действий Зубахина или нет, решать вам, Николай Григорьевич. Будет приказ, я проверю, кто же на самом деле находится над головой генерал-майора.
– Вы испросили разрешения – верить или нет, – аккуратно стряхнув пепел, хмыкнул Постнов.
– Надо сказать, это оригинальное решение. Но я хочу выслушать вашу точку зрения."
"– Основываясь собственно на некоторых деталях откровений генерала, полагаю, что у Зубахина есть «крыша» в Генштабе. Именно в Генштабе, а не в Минобороны. Он берет все на себя – связи с Салманом Адировым, торговлю наркотиками. Причем получается это у него складно, будто отрепетировано заранее и не один раз. Хотя есть и другие интересные моменты, – Эйдинов немного помолчал.
