Верно, дорогая? — обратился он к Дженни, заметно надавив пальцами ей на плечо.
Но она была не из тех, кого можно легко к чему-то принудить. Губы у нее сжались в тонкую прямую линию, потом она неохотно разлепила их и произнесла:
— Это как сказать.
Джейми сильно провел рукой по лицу и поднял голову, готовый к новому раунду.
— Я видел, как ты вошла в дом с Рэндоллом, — упрямо проговорил он. — И, судя по тому, что он мне рассказывал потом… ну как он мог узнать, что у тебя на груди родинка?
Дженни яростно фыркнула.
— Ты помнишь, что произошло в тот день, или капитан Рэндолл вышиб все у тебя из головы?
— Конечно помню! И вряд ли когда-нибудь забуду.
— Тогда ты, наверное, помнишь и то, что я двинула капитана коленом в то самое место?
Джейми сгорбился, ответил сдержанно:
— Ну помню.
Дженни усмехнулась с торжеством победителя.
— В таком случае, если бы твоя жена — а ты бы, кстати, мог назвать мне ее имя, просто удивительно, до чего ты невоспитан! — ну, предположим, что твоя жена дала бы тебе такого пинка, думаешь ли ты, что мог бы выполнять свои супружеские обязанности через несколько минут после такого — добавлю, вполне заслуженного — удара?
Джейми открыл было рот, но тут же его закрыл.
Довольно долго смотрел на сестру, потом у него едва заметно приподнялся уголок рта.
— Как сказать, — повторил он ее слова.
Уголок рта приподнялся снова. До этого Джейми сидел сгорбившись, но теперь выпрямился и глядел на Дженни с полускептическим выражением младшего брата, который слушает, как сестра рассказывает ему волшебные сказки: чувствует себя слишком взрослым, чтобы увлечься по-настоящему, но против своей воли наполовину верит услышанному.
— В самом деле? — сказал он.
Дженни повернулась к Айену:
— Пойди и принеси простыни, Айен.
Джейми поднял обе руки, сдаваясь:
— Не надо. Я верю тебе. Все дело в том, как он вел себя после…
Дженни, откинувшись назад, оперлась на согнутую руку Айена; сынишка прильнул к ней настолько тесно, насколько позволял ее сильно выступающий живот.
— После того, что он наболтал в присутствии своих подчиненных, не мог же он признаться в собственной несостоятельности, как ты считаешь? Он изобразил все так, будто выполнил то, чем похвалялся.
Должна сказать, что ему все это было поперек горла. Он ударил меня и порвал мне платье. Ударил так, что я почти потеряла сознание, а когда опомнилась и привела себя более или менее в порядок, англичане уже уехали и увезли тебя с собой.
Джейми глубоко вздохнул и прикрыл глаза.
