Вероятно, он нервничал, но и только. Хоть он и не был робким шестнадцатилетним юношей, однако с ним это должно произойти впервые. Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся.
— Да, боюсь. Думаю, больше, чем ты. Вот почему я держу тебя за руки — чтобы мои не так дрожали.
Я этому не поверила, но крепче сжала его ладони — с благодарностью.
— Это хорошая мысль. Разговаривать гораздо легче, когда мы вот так касаемся друг друга. Но все-таки почему ты спросил о моем муже?
Быть может, он хочет услышать о моей сексуальной жизни с Фрэнком и таким образом понять, чего я жду от него?
— Видишь ли, я понял, что ты думаешь о нем.
Не можешь не думать при таких обстоятельствах. И не хочу, чтобы ты считала, что не следует говорить со мной о нем. Хотя я теперь твой муж — как это странно звучит, правда? — было бы неправильно, если бы ты забыла его или постаралась сделать это. Раз ты его любила, значит, он был хороший человек.
— Да, он… был.
Голос мой дрогнул, и Джейми провел большими пальцами по тыльной стороне моих рук. Потом поднял их и бережно поцеловал каждую.
Я снова откашлялась.
— Ты произнес замечательную речь, Джейми.
— Да. — Он внезапно улыбнулся. — Я подготовил ее в то время, когда Дугал там внизу произносил тосты.
Я глубоко вздохнула.
— У меня есть к тебе вопросы.
Он опустил глаза и погасил улыбку.
— Я так и предполагал, — сказал он. — Прекрасно понимаю, что при данных обстоятельствах ты имеешь право на любопытство. Что же ты хочешь узнать?
Он поднял взгляд, и при свете лампы в голубых глазах сверкнуло озорство.
— Почему я до сих пор девственник?
— Э-э, я бы сказала, что это более или менее твое личное дело, — пробормотала я.
Мне вдруг стало жарко, и, высвободив одну руку, я потянулась за платком в карман платья и нащупала там что-то твердое.
— Ой, я забыла! У меня до сих пор твое кольцо.
Вынув кольцо из кармана, я отдала его Джейми — тяжелый золотой обруч, украшенный рубином-кабошоном. Он не надел его себе на палец, а опустил в свой спорран.
— Это обручальное кольцо моего отца, — объяснил он.
— Обычно я его не ношу, но сегодня мне хотелось предстать перед тобой в наилучшем виде.
При этих словах он покраснел и принялся возиться с застежкой споррана.
— Ты оказал мне большую честь, — сказала я, не удержавшись от улыбки.
Добавлять кольцо с рубином к сверкающему великолепию его костюма было все равно что ввозить уголь в Ньюкасл,[28] но я была тронута благородством замысла.
— Я куплю тебе подходящее кольцо, как только смогу, — пообещал Джейми.
