Я знала, что дверь не заперта. К ней были прикреплены скобы для болта, но сам болт я перед сном искала безуспешно. Я схватила подсвечник, вытащила из него огарок свечи и как можно тише выскользнула из постели, сжимая в руке тяжелый глиняный предмет.
Дверь со слабым скрипом повернулась на петлях. Единственное окно в комнате было наглухо закрыто ставнями, не пропускавшими ни веяния стихий, ни света снаружи; тем не менее, когда дверь приотворилась, я разглядела в щели мутный просвет. Щель все расширялась, но затем, к моему удивлению, сузилась и вскоре совсем исчезла: дверь затворилась.
И вновь настала тишина.
Я стояла, прижавшись к стене, как мне показалось, целую вечность; стояла, сдерживая дыхание и стараясь расслышать что-нибудь кроме биения собственного сердца. В конце концов я дюйм за дюймом начала подвигаться к двери, держась как можно ближе к стене, возле которой, как я считала, доски были поплотнее. Я вытягивала ногу вперед, касалась ею пола и постепенно переносила на нее вес тела; ждала, ощупывая босыми пальцами щель между половицами, прежде чем подтянуть и твердо поставить на пол рядом с первой вторую ногу.
Возле двери я остановилась и прижала ухо к тонкой филенке, обеими руками ухватившись за дверную раму, вся насторожившись перед возможным вторжением в комнату. Мне казалось, что из-за двери слышны какие-то звуки, но я не была в этом уверена. Если они и в самом деле существуют, то, может, они по-прежнему доносятся снизу? Или я улавливаю чье-то сдерживаемое дыхание по ту сторону филенки?
Меня слегка подташнивало из-за непрерывных выбросов адреналина в кровь.
Наконец я устала от этой бессмыслицы, покрепче зажала в руке подсвечник, толчком распахнула дверь и выскочила в коридор. Я говорю «выскочила», но на самом деле я сделала всего два шага, тяжело споткнулась обо что-то мягкое и во весь рост шлепнулась на пол, рассадив косточки пальцев на руке и больно ударившись головой о какой-то твердый предмет.
Я села, обхватив ладонями лоб, совершенно не думая о том, что меня могут попросту убить.
Человек, на которого я наступила, негромко, почти неслышно бранился. Сквозь волны боли я как в тумане увидела, что он (судя по росту и запаху пота, это был мужчина) встал и взялся за запоры ставней у нас над головой.
От внезапного тока свежего воздуха я вздрогнула и прикрыла глаза. Едва я их открыла, в коридоре оказалось достаточно света, чтобы разглядеть незваного гостя.
— Что вы тут делаете?
В моем вопросе ясно прозвучало обвинение.
