Провожу языком по пересохшим губам и сознаюсь:
— Я…больше не работаю с АмегаГлобал…
— Да что ты говоришь! — имитируя дурацкое пищание, кривляется он.
Ясно. Ему это известно. Зачем кривляться?
— Давай я лучше пойду, а? — спрашиваю, посылая ему умоляющий взгляд.
— Иди, сядь там, — велит он в ответ, качнув головой в сторону стола для переговоров.
— Зачем? — настораживаюсь я.
— Будешь получать пиздюлей, — учтиво сообщает мой босс.
— А можно это перенести? — раздосадованно спрашиваю я. — Я же сказала, мне плохо!
— Нехрен было бухать с двух рук, — бросает он.
Равнодушная свинья.
Очень медленно встаю и делаю пару шагов в указанном направлении, но потом останавливаюсь и разворачиваюсь к нему.
— Костя?.. — зову я.
— Ммм? — отзывается он, немного откинувшись на столе, чтобы дотянуться до своего ноута и включить его.
— Я не хотела тебя пугать… — пытаюсь извиниться за доставленные неудобства. — Просто, так получилось…
— Ты сегодня вернешься ко мне, — заявляет он, снова глядя на меня.
Просто невозможный человек! Стоило мне только дать слабину…
— Не борзей! — возмущаюсь громко, потому что головная боль отступает.
Упираю руки в боки и смотрю на него решительно.
Он закатывает глаза и снова складывает руки на груди, говоря:
— Хватит этого детского сада!
— Хватит давить на меня! — злюсь я. — Когда я решу вернуться, ты узнаешь первым! Или у тебя уже очередь на это место?!
— Хе*ню не неси, — бросает он раздраженно.
Сглатываю и продолжаю:
— Если тебе трудно подождать меня несколько дней…
— Мне не трудно тебя ждать! — басит он, хлопнув рукой по столу.
— Я просто хочу, чтобы ты была со мной! Хочу знать, где ты и что с тобой! Зачем все это? Зачем нам терять время?
— Затем, что ты меня обидел! У тебя память отшибло?! — звонко отвечаю я, в то время как в душе бушует бразильский карнавал.
«Хочу, чтобы ты была со мной».
«Хочу знать, где ты и что с тобой».
— Я извинился! — злится он.
— А я сказала, что подумаю!
Князев весь подбирается и сжимает губы, отворачивая голову к окну.
Скольжу глазами по этим широким плечам и длинным ногам. Ткань брюк натянулась, обозначая мышцы на каменных бедрах. Там, под кипельно-белой рубашкой покрытое родинками тело, и одна моя любимая под правым ребром. А еще дорожка светлых волосков, убегающая от пупка вниз.
Рррр…"
"Я безумно хочу его голого и возбужденного на себе, под собой и вокруг себя.
Я СОСКУЧИЛАСЬ.
— Я не могу просто сделать вид, что все переварила… — говорю, топчась на месте.
