Что ты хочешь сказать и почему именно сейчас?
— Нам во что бы то ни стало нужно посадить Чехова, — сухо ответил отец. — Этот больной ублюдок возомнил себя великим мстителем и вершителем судеб. Готов пожертвовать всем, чтобы подобраться к…
— Деда? — в кабинет заглянул Саша. — Я тебе картину нарисовал. Пойдём, покажу! — перевёл взгляд на меня: — Мам, дядя-доктор тебя искал.
— Спасибо, милый, — заволновалась я и посмотрела на отца.
Он кивнул:
— Иди, а мы с Александром посмотрим на его рисунок."
"— И книжку дочитаем! — восторженно добавил мальчик, но тут же закашлялся.
— И доктору позвоним, — нахмурился отец.
Я благодарно улыбнулась:
— Что бы я без тебя делала?
— Жила бы счастливее, — негромко ответил отец, позволяя Сашке вытянуть себя в коридор.
Я тряхнула головой, выбрасывая переживания — папа просто устал — и тоже покинула кабинет. Поспешила к гостевым комнатам, едва не столкнувшись с Ирой.
— Ангелок! — испуганно воскликнула она. — Тебе нельзя бегать! Ты должна двигаться с плавной неторопливостью…
— Бульдозера, — улыбнулась я.
— В этом у нас Лёша хорош. Кстати, не видела его или доктора?
— Врачи ушли, — отчиталась домработница. — Оставили бумаги и визитки на столике в холле. Сказали звонить, если что-то будет непонятно.
— А…
— Алексей твой жить будет, — понимающе кивнула она и улыбнулась: — Порезы и ссадины. Он в той комнате, где девушка лежит.
— Спасибо, — тон мой похолодел.
Медленно, с плавной неторопливостью, я направилась к пустой комнате и, войдя, опустилась в кресло.
Прислушалась, но звенела лишь тишина. Что он там делает? Просто сидит? Или держит её за руку? Или смотрит так же нежно, как до прихода врачей?
Поджала губы. Не хочу знать.
Лёгкий скрип двери заставил приподнять голову, и я столкнулась с тёмным взглядом Лютого. Правая рука белела повязками, на лице бежевыми прямоугольниками выделялись пластыри.
Лёша молча давил на меня своим присутствием, всем видом намекая, что не хочет меня видеть.
Я поднялась и, приблизившись, замерла напротив мужа.
Запрокинув голову, попросила:
— Поцелуй меня, пожалуйста.
Глава 13
Лютый
— Иди к себе, — я откровенно вымотался и не хотел Ангелину видеть и слышать. Мне нужно отвлечение, разрядка, попытаться выдохнуть горький воздух и представить, что маленького ангела никогда больше не будет в моей жизни. Или будет, но частично. Отдаленно. Жестоко далеко.
Лежать в одной кровати и хотеть жену снова всю ночь больше не смогу. Это слишком болезненно и тяжело.
