Соловьёв чётко описал происходящее внизу.
Акт 11: Запись с диктофона
31
Иванова
После званого ужина чувствую себя выжитой, словно лимон. Стараюсь держать лицо, как учил меня Вячеслав, но на самом деле хочется разрыдаться. С грустью смотрю на Соловьёва-младшего.
Мне действительно жаль бывшего, потому что его отчим – конченый мудак. И мне невыносимо от мысли, что всё детство Ярик воспитывался этим козлом.
– Я буду рада, если вы почаще будете к нам приезжать, – с улыбкой говорит дежурную фразу мама Соловья, а я лишь киваю и улыбаюсь.
Хоть и понимаю, что ноги моей в этом доме больше не будет. Возможно, даже потому, что я отменю свадьбу. Я на грани. Это больше, чем я могу стерпеть. Одно дело, что о его изменах знаем только мы и моя подруга. Совершенно другое, когда о его изменах знают все, вплоть до начальника.
И ещё эта запись, которую мне скинул бывший. Что на ней? И я обязательно должна её слушать? У меня возникло много сомнений на этот счёт.
Тем более, что Вячеслав умудрился под конец вечера налакаться, и теперь мы были вынуждены ехать на такси.
В этот момент я пожалела, что не отучилась на права. Славик вечно твердил, что мне это не нужно.
Соловьёв предлагает свою помощь, но я отказываюсь. Не хочу впускать его на порог дома. Боюсь себя и того, чем это всё может закончиться.
Кажется, я бесконечно влипла и застряла в какой-то нелепой ситуациию
Теперь я наконец-то осознаю, что тот, за кого я хотела выйти замуж – полный кретин. Сексист и остолоп. Ну, хотя бы не просил меня уволиться с работы.
Но ведь ещё не вечер? Вдруг, и работающая женщина вскоре его оскорбит?
– Милая! – он тянет свои руки ко мне, развалившись на заднем сидении.
Вжимаюсь в дверцу, пытаясь отодвинуться от него максимально подальше. Тошнит. Противно от него. Ненавижу.
– Ну, что ты такой холодной стала! – бурчит он, когда таксист помогает ему выйти из машины.
– Спасибо, дальше я сама, – бурчу я, заплатив водителю больше, чем он просит.
– Вы уверены? – он косится на животное, что успело упасть к моим ногам.
– Абсолютно. Уж с ним-то я справлюсь.
Водитель кивает и уезжает, пока я не передумала и не забрала часть его «чаевых». Поднимаю с земли «муженька» и помогаю ему дойти до дома по нашему саду. Впервые жалею, что Исаев не завёл прислугу.
– Ты такая хорооооошая, – пытается подмазаться он, но я лишь морщу нос: от него буквально несёт перегаром.
Бросаю его у порога, размышляя, что с ним можно сделать. Единственная мысль: пнуть его и оставить здесь. Пусть спит у порога.
