Понравился и секс. Мало с кем я строила отношения после тех, неудавшихся в школе. Я даже и не пыталась, посветив всю себя сначала учёбе, потом карьере. Мне нравился такой расклад. Я добилась определённых успехов и не зависела ни от кого финансово.
Разве это плохо, быть независимой?
После успешного свидания, я без сожаления пропала из его жизни. Вот только он не был согласен с таким раскладом.
Переписка возобновилась через пару дней, и в итоге я сдалась и сходила ещё на одно свидание. И ещё на одно.
И ещё на одно. Вскоре произошло знакомство с моими родителями, и мама радостно сказала:
– Наконец-то ты нашла свою любовь и своё счастье!
Я лишь тепло улыбнулась ей.
Мне нравилось общество Славы. Его ухаживание. Нравились наши отношения. Нравилось то, что я не сходила от него с ума и спокойно могла работать. Спокойно могла делать то, что нравилось мне.
А ещё могла отвязываться от сотни навязчивых поклонников фразой: «прости, но у меня есть парень».
После – мы познакомились с его мамой и его сестрёнкой.
Это был приятный, тёплый ужин, после которого его мама прочитала целую речь:
– Сынуля, не упусти её. Очень хорошая, добропорядочная девушка. Вы идеально подходите друг другу! – а когда она ещё немного выпила, то добавила неоднозначную фразу: – Наконец-то ты остепенился! Рада, что ты перестаёшь быть бабником.
Это было первым тревожным звоночком. Тогда я не обратила внимания, но…
Вскоре мы как-то съехались и стали жить вместе. Наладили быт: Слава соглашался с любым моим правилом, а когда мы не успевали убраться дома или что-то приготовить, он нанимал домработницу.
И я была счастлива, что меня не заставляют работать по дому. Что я никому ничего не должна.
Что я могу быть личностью, которую уважают и принимают. Я могу делать, что хочу, и меня не будут осуждать. Я могу гулять с подругами, и мне не будут ставить это в упрёк.
Но с каждым днём я всё больше понимала, что влюблённость прошла, а любовь на её смену так и не пришла.
Появилась привычка. Появилось желание иметь детей. Появилось желание сделать всё правильно.
Я не ненавидела себя – я прекрасно понимала, что той эфемерной любви может и не быть. Я не простила Ярослава, который разбил мне сердце. Похоже, оно так и не смогло оклематься и полюбить.
А затем умерла моя любимая бабушка. Ей было глубоко за восемьдесят, но я никак не могла поверить, что это произошло со мной. Любимый человек просто ушёл из жизни в один момент.
