– Кросс потянулся за графином с бренди, чтобы наполнить свой опустевший бокал, потом продолжил: – Буду говорить с вами начистоту, лорд Гастингс. Вам отчаянно нужны деньги, и, судя по тому, что мне известно, требуется очень крупная сумма. За вашей сестрой, я имею в виду леди Эдит, ухаживает наследник Ливингстона, верно?
– Да, – ответил Хью, и это «да» прозвучало как признание в смертном грехе.
Кросс понимающе кивнул.
– А приданого у нее нет, верно?
Хью невольно вздрогнул. Откуда, черт побери, Кросс об этом узнал?
– Ричард Несбит хорошо знал вашего отца, – пояснил Кросс и тем самым ответил на мучивший Хью вопрос, а затем добавил: – И у вашей второй сестры тоже нет приданого, как я понимаю.
А ведь скоро и ей предстоит выйти в свет, правильно? И тогда вам понадобится не одно приданое, а два.
Не чувствуя ни рук, ни ног, Хью встал и без всякого выражения проговорил:
– Прошу меня извинить, но мне пора.
– У меня есть излишки, – продолжил Кросс. – Излишки того самого, чего вам не хватает. Сядьте, Гастингс.
Неужели вы еще не поняли, что я говорю не только о своих деньгах, но и о незамужней дочери?
Хью на несколько секунд лишился не только дара речи, но и способности двигаться. Он был потрясен до глубины души. Затем на смену потрясению пришло недоумение.
– Вы сошли с ума, Кросс? Вы всерьез считаете, что я должен жениться на вашей дочери?
– Я бы очень этого хотел, – без обиняков заявил делец. – Захочет ли этого моя дочь – вопрос другой, но если вы на ней женитесь, то все ваши проблемы исчезнут.
Хью молча таращился на собеседника. «Что за бредовая идея? – воскликнул он мысленно. – Да, так и есть, Кросс – сумасшедший. И идеи у него безумные».
– Закладную на поместье и долговые расписки я уничтожу сразу же, – сообщил Кросс. – А приданое Элизабет – пятьдесят тысяч фунтов. Более того, после моей смерти все мое состояние достанется ей. На сегодняшний день это около полумиллиона фунтов. – Усмешка Кросса чем-то напоминала хищный оскал. – Я, конечно, пока что не на смертном одре, а прожить могу еще столько же, сколько уже прожил, но ведь я все-таки немолод, понимаете?
– Она знает об этом безумном плане? – пробормотал наконец граф.
– Нет, не знает. И не узнает. – На Хью глядели глаза человека, не знавшего, что такое жалость. Да уж, пощады от такого не жди. – Стоит вам хоть словом обмолвиться об этом нашем разговоре – и можете забыть о моем предложении навсегда. И еще: я немедленно потребую от вас выплату по всем выкупленным мной долгам через суд.
