Вилли вывалялся, по своему обыкновению, в чем-то вонючем и липком, и его срочно надо было искупать. Едва заметив, что хозяйка вытаскивает большую медную посудину, Вилли спрятался под комод в буфетной, и его пришлось оттуда вытаскивать за задние лапы. Достав собаку, Элиза понесла его, дрожащего, купаться, а лакей уже успел наполнить ванну теплой водой.
– Если бы ты держался подальше от кухонных помоев, то и мыться бы не пришлось. – Элиза отчитывала пса, пытаясь отмыть свалявшуюся шерсть у него под пастью.
Вилли же прижимал уши к голове и пытался увернуться из-под струи чистой воды, которой поливала его горничная.
– Луиза, открой дверь, – приказала Элиза, нахмурившись. Мокрая шерсть выскальзывала из пальцев, и Вилли, увидев свой шанс, стал выворачиваться с утроенной силой. – Я выпущу его в сад, пусть сохнет там.
Горничная распахнула дверь, и Элиза, вытащив пса из воды, крепко прижала его к груди. Вилли был не очень тяжелый, но увертливым, как выдра. В попытке высвободиться из объятий хозяйки он оцарапал ей шею под подбородком.
Вскрикнув от боли, Элиза ослабила хватку, и пес, спрыгнув на пол, сбивая жестяные ведра на своем пути, бросился в укрытие под раковиной в смежной с кухней каморке – там хранилось все необходимое для уборки дома. Луиза с визгом побежала за псом, а дверь в сад между тем захлопнулась. Вилли же, стремительно изменив направление, помчался к выходу, но, встретив на своем пути препятствие в виде стеклянной двери, стукнулся в нее головой.
Поскользнувшись на мокром полу, он откатился назад, затем, собравшись с силами, вновь кинулся на дверь – бедный пес ошалел от страха и, возможно, от боли. Элиза бросилась к двери, чтобы выпустить Вилли, но как раз в этот момент, распахнув настежь дверь, из кухни в буфетную зашла кухарка и воскликнула:
– Что за шум? Луиза, что происходит?
– Нет! – закричала Элиза, беспомощно глядя на Вилли: пес, проскользнув между ног у кухарки, рванул в кухню."
"Кухарка громко завизжала и прижалась к стене, пропуская Элизу, бежавшую за Вилли.
– Закройте дверь! – крикнула Элиза растерявшемуся лакею.
Тот, похоже, забыл, что у него в руках тарелки, и посуда со звоном рассыпалась по полу, а Вилли тем временем уже выскочил в коридор.
Стащив с головы платок и подобрав юбки, Элиза помчалась за псом и на бегу крикнула:
– Прихвати полотенце, Луиза!
«Папа ужасно разозлится, если увидит все это, – подумала девушка. – Хорошо, если он еще не пришел».
