Пытаясь успокоиться, Хью мысленно досчитал до пяти, и немного помедлив, спросил:
– Что произошло между вами и Ливингстоном?
Кросс, казалось, удивился такому повороту.
– Ничего особенного. – Он пожал плечами. – Мы совместно владели акциями одного горнодобывающего предприятия.
– Он утверждает, что вы его обманули.
– Неужели? – Кросс изобразил удивление. – Знаете, этот Ливингстон – скряга и невежда. Он почему-то вообразил, что получит втрое больше, чем вложил. Но вышло не так, как он хотел.
Хью тоже считал Ливингстона скрягой, но ждать от Кросса, что он признает себя виновным в обмане… Это было бы странно.
– Не похоже, чтобы вы сильно переживаете из-за того, что вас считают мошенником, – заметил граф.
– Мнение Ливингстона и ему подобных меня не волнует, – с брезгливым презрением сказал Кросс.
Хью при всем желании не мог позволить себя такую же независимость от чужого мнения. В конце концов, Ливингстону предстояло стать его тестем – если, конечно, удастся переубедить виконта…
– Ливингстон и ему подобные составляют общество, в котором я живу, – проговорил Хью.
– И мне приходится считаться с их мнением.
Кросс смерил зятя внимательным взглядом, и помолчав, сказал:
– Я мало что могу сделать для того, чтобы Ливингстон изменил мнение обо мне к лучшему. Если бы наш с ним временный союз принес ему прибыль, он не стал бы думать обо мне лучше. Для него я так бы и остался простолюдином, плебеем. Но ведь и вы считали так же, милорд.
– Должен признаться, что я вообще никогда не думал о вас до того, как вы вторглись в мою жизнь.
Кросс ухмыльнулся.
– И вторжение обернулось для вас немалой выгодой, верно?
Кросс был прав, и это ужасно раздражало.
– Я очень надеюсь, что все, что сделано, сделано к лучшему, поскольку я брал на себя обязательства длиной в жизнь, – сказал Хью.
Ухмылка сползла с лица Кросса, и он пробурчал:
– Вы о чем?..
«Будь что будет», – подумал Хью. Этот человек не понимал намеков, так что не стоило деликатничать.
– Я бы предпочел видеть вас не очень часто, а лучше – вообще никогда не видеть, – произнес граф.
Кросс усмехнулся, но взгляд его был тяжелым.
– Вот как? Значит, я могу посещать только Элизу?
– И было бы очень желательно, чтобы вы извещали о своем приезде заранее, – добавил Хью.
– Чтобы вы, все прочие, могли уйти до моего прихода, дабы не замараться? – со смешком осведомился Кросс. – А как вы объясните это своей жене?"
"– Я не собираюсь ничего объяснять, – заявил Хью.
