Виталик оказался на вид обычным мужиком в нормальной одежде, с нормальной причёской. Встретив его на улице, никогда бы не подумала, что он такой. Разговаривал без манерности и опровергал все мои представления о геях. В принципе, он бисексуал. Если не думать о его сексуальных пристрастиях, то с ним можно приятно пообщаться на самые разные темы. Главное, чтоб он не начал засасывать какого-нибудь парнишку из числа присутствующих, тогда дальнейшая беседа у нас не сложится.
Оксана тоже довольно милая женщина лет тридцати пяти, одетая, в отличие от Светы, вполне прилично, улыбалась и мило беседовала со мной, невзначай пытаясь прикоснуться ко мне.
Когда Оксана пошла танцевать с Виталиком, Света придвинулась ко мне поближе и спросила:
– Как тебе Оксана?
Вот тут я взбесилась окончательно:
– Твою мать, что здесь вообще происходит? В первый год работы в вашей грёбаной компании ты меня пыталась подложить чуть ли не под всех знакомых тебе одиноких мужиков. Не получилось.
Теперь на баб перешла? Хватит устраивать мою личную жизнь! Купидон из тебя не айс.
Я поднялась со стула и поспешила к выходу из этого гнезда порока, бросив презрительный взгляд на соседний столик и наградив напоследок парочку довольно громко произнесённым «извращенцы». Перед тем, как покинуть «Слоника», я обернулась, чтобы ещё раз посмотреть на его посетителей, и встретилась взглядом с мелированным геем, который тут же поспешил отвернуться.
Увиденное в клубе настолько меня потрясло, что всю последующую неделю мне везде мерещились геи.
Если раньше я наивно полагала, что они разгуливают по городу в розовых боа, щеголяя обтягивающими задницу леопардовыми штанишками, то теперь я поняла, что они могут ничем не отличаться от нас, натуралов. Они везде, они среди нас. Вон тот толстый охранник, поедающий сосиску в тесте на улице, солидный мужчина с благообразными чертами лица, бородатый дворник в оранжевой спецовке, водитель проезжающего мимо трамвая – все они могли быть геями.
Поцелуй этой сладкой парочки, очевидно, нанёс мне тяжелую психическую травму, разрушив стену пофигизма, которой я отгородилась от окружающего мира, и которая до сих пор меня спасала. Даже ночью мне снились эротические сны с участием этих голубков.
Я возвращалась из суда в офис. В маршрутке я сидела спиной к водителю, так что мне хорошо были видны все пассажиры, и занималась своим любимым занятием – разглядыванием людей.
