– Не хочу знать, как у вас это было, где, когда и как часто… Это отвратительно, Саша, ей же всего восемнадцать лет! Как ты мог?
– Повторяю ещё раз – это вышло случайно.
– Мне больно всё это слышать! Очень больно… Неужели ты не понимаешь?
– Иди ко мне…
К себе тянет, чтобы обнять, но я упираюсь.
– Не трогай меня!
– Может хотя бы поцелуй тебя расслабит?
Но он не оставляет настойчивых попыток прижать меня к своей груди и даже собирается поцеловать.
Александр успевает поймать меня за подбородок и подтягивает к лицу, но я, запаниковав, замахиваюсь левой рукой, собираясь огреть его пощёчиной.
У мужа хорошая реакция.
Он быстро блокирует удар, и я промахиваюсь.
– Так, я понял, – вздыхает шумно, – с тобой сейчас разговаривать бесполезно. Вы, беременные, все такие вспыльчивые?
– Поговори у меня ещё, кобель!
– Довольно. Ты возвращаешься к себе в палату, Валентина, разговор придётся отложить. Вернёмся к нему позже, а мне нужно срочно решить одно дело.
– Ты ко мне больше не подойдешь, ясно? Это был наш последний разговор – я так хочу и это моё право! Я хочу развод.
– Что? Развод?
Внезапно его лицо изменилось до неузнаваемости, по нему пронеслась пугающая тень из льда и мрака, и я впервые увидела, как Александр Макеев разозлился.
– Надеюсь, ты это несерьезно.
Жёсткий. Холодный. Опасный.
Не помню, когда видела его в последний раз таким.
Изменился страшным образом, будто по щелчку пальцев.
По моей спине поползли ледяные мурашки…
Как будто он объявил мне войну.
Я думала, что знала своего мужа хорошо, но я ошиблась.
Он не тот, за кого себя выдаёт. Он – намного хуже.
– Не хочешь по-хорошему? Тогда будет по-плохому.
Отпускает меня, поворачиваясь ко мне спиной, но лицом к выходу.
– Из больницы ни шагу!
* * *– Из больницы ни шагу!
Его ледяной голос обрушивается на меня как неоспоримый приказ.
– Возвращайся к себе в палату, пусть тебя для профилактики ещё раз прокапают.
Если ребенок пострадает из-за твоих скандалов, отвечать будешь ты.
– Саш!!!
У меня нет слов…
Этого не может быть.
Это не Александр. Не мой нежный, добрый, заботливый Сашка!
Это – какое-то исчадие ада.
Муж исчезает за дверью, я крепко зажмуриваюсь и подавляю в себе тихий всхлип.
Мир для меня становится серым, теряет все краски. В мою спокойную жизнь врываются безжалостные испытания и бьют сразу, наповал.
