За эти сутки, часть из которых я, слава Всевышнему, проспала, мы успели один раз перекусить яичной лапшой, прогуляться в парочку соседних пещер, связанных с нашей, вернуться обратно… И поговорить.
На совершенно отвлеченные темы, старательно не касаясь той, самой животрепещущей, самой волнующей."
"Я периодически обдумывала нужные слова, которыми могла бы донести до своего мужа (как это странно звучит, как странно!), что не хочу с ним быть, что не готова, что так неправильно… И не находила нужных.
Все, что я могла сказать, уже так или иначе было сказано, а все, что он мог мне ответить, уже было отвечено.
Да и имело ли это все сейчас хоть какое-то значение? Мы рисковали отсюда никогда не выбраться. Умереть тут, под каменной толщей.
И, в свете этого, совершенно не важно было, кто мы друг другу, и какие раньше у нас были взаимоотношения и недопонимания.
Я прижимаюсь к теплому боку Азата, щурюсь на огонек единственной свечи, скудно освещающей пространство рядом с нами. Азат в первые же часы нашего пребывания здесь потушил и убрал все лишние свечи, и такие продуманные действия пробрали меня до костей.
Я хотела спросить, неужели он думает, что нам придется их… экономить?
Хотела, но не стала, страшась услышать ответ.
Просто трусливо спряталась за уверенность, железобетонную твердость своего спутника, за его широкую спину. И надеялась, что все будет хорошо, что беда нас обойдет стороной.
Азат изо всех сил поддерживал во мне эти эмоции, не позволял скатиться в панику, и вообще, настолько разительно отличался от того Зверя, терзавшего меня в своем доме, делавшего все, что ему заблагорассудится, что мне иногда казалось, будто это два разных человека.
Тот Зверь был жестоким, жутким и самодовольным. Он не слышал никого и ничего. И не считал меня за человека, не видел во мне личность.
А Азат сейчас словно превратился в веселого отчаянного парня, не унывающего, умеющего находить выход из сложных ситуаций. И мне этот парень нравился.
А еще, в его взгляде, когда, задумавшись, он смотрел на меня, чудно переплетались обе личности… Темный, жадный взгляд Зверя и хитрая усмешка Азата…
И мне так нравилось это, так нравилось!
И, да, похоже, я схожу с ума…
Азат что-то мягко урчит мне в ухо, прижимая к себе, даря тепло и уверенность, а я…
Я нежусь в его словах.
В его успокаивающем тоне. В его руках, горячих и опытных…
И, когда он мягко кладет меня на спину и наваливается сверху, глядя в глаза черным Звериным взглядом… Я не сопротивляюсь.
