Став одной из ключевых фигур в управлении родом Вещих-Филиновых, она не просто координировала процессы — она жонглировала ими, как канатоходец с факелами. Формально её роль не закрепляла никакой титул, но по сути именно Лена держала на себе Невинск, Междуречье, и освоение Боевого материка.
Финансовые потоки курировал по-прежнему конгломерат Киры. Студень командовал гвардией, Гереса с другими старшими держали бизнес-подразделения города, Зела и Бер контролировали Шпиль Теней, Булграмм держал в кулаке Тавиринию.
Но если нужно было, чтобы они не только работали, но и не переругались между собой — за дело бралась Лена.
У тавров закончились эликсиры — Лена уже на связи с альвийскими алхимиками. В Риме Цезарем намечалась продразвёрстка — Лена уже шепчется с партнерами, чтобы перенаправить излишки винограда и не потерять доход. В Шпиле Теней нашествие аномальной саранчи — Лена уже отправила туда друидов «Энергосинтеза» с распылителями. Её внутренний мир был похож на блокнот с сотней закладок, десятками заметок и ни одной помарки.
Она взяла на себя даже те аспекты, что по традиции относились к обязанностям главной жены — координация личной охраны главы рода, приём делегаций, составление планов встреч. Лакомка же, уткнувшись в свои живородящие семена, почти исчезла в Молодильном саду. Да и материнство забирало львиную долю её внимания — Олежек был не только младенцем, но и мелким телепатом с непредсказуемыми всплесками ауры и хитрости.
А сам глава рода? Даня появлялся, как правило, тогда, когда кто-то уже кричал, что вот сейчас-то точно конец.
Он действовал быстро, без предупреждения, как буря. Но до этой стадии Лена пыталась не доводить.
И она справлялась.
В этот день Лена, облачённая в строгий тёмно-серый костюм с серебряными пуговицами, направлялась в магистрат. Высокий воротник рубашки, волосы собраны в гладкий пучок, подмышкой краткое резюме финансовых отчетов города, подготовленное аналитиками. Тень от башни Невинского собора падала на мостовую, прохожие спешили по делам, машины носились — город жил.
Центр Невиска при Дане заметно похорошел — этого не отнять.
Кабинет городничего был просторный, с видом на канал и розовый купол местной галереи. Самого городничего в народе уже давно называли на французский манер — коротко: «мэр».
При виде Елены мэр подскочил и даже прижал руку к сердцу.
— Здравствуйте, Ваше Высочество Елена Викторовна, — произнёс он с подчеркнутым уважением и лёгкой ноткой заискивания.
