Важный критерий — моральная составляющая. Мне не нужны хорошие люди. Мне нужны только моральные уроды.
Но именно с Целителями — всё куда сложнее.
Во-первых, их мало. Во-вторых — они профессионалы. Чертовски умеют притворяться. Например, убьёт пациента, а потом спишет на осложнение, несовместимость, индивидуальную реакцию при лечении, мол, мы сделали всё, что могли. Подкопаться к таким сложно, особенно снаружи.
А до некоторых из них я вообще не могу дотянуться. Топовые, высокопоставленные, с политическими покровителями — почти вне досягаемости.
Пока.
Вот почему Сибиэль пригодится. Он — Целитель-эксперт, а значит, способен по одной медицинской карте увидеть то, что обычный агент не заметит. Заподозрить подделку, уловить противоречие. Понять, где была реальная терапия, а где — спектакль с трупом в финале. Тут нужен профессиональный нюх, который есть только у профессиональных медиков.
Тут за окном раздаётся взрыв.
Камила взволнованно смотрит на меня. Сибиэль тоже весь подобрался. Я же спокоен. Взрыв-то был небольшой, будто петарда хлопнула.
— Что там подорвалось? — спрашиваю по мыслеречи гвардейцев снаружи. Они уже унесли тело Дантеса на улицу, и хлопок взрыва донесся как раз с той стороны.
Гвардеец докладывает минуту спустя:"
"— Выяснили источник хлопка. Это голова Дантеса подорвалась — сработал артефакт самоуничтожения, встроенный под маску, когда мы её потянули. Видимо, установлен артефакт на случай смерти носителя, чтобы никто не смог его опознать и, видимо, не добрался до семьи убитого.
Он запинается на секунду, потом добавляет:
— Хорошо, что наши успели вытащить тело на улицу. А то в помещении бы знатно завоняло палёным.
— Хорошо, что никому руки не оторвало, — хмыкаю. — В следующий раз предварительно проверяйте, прежде чем лапать.
— Так точно, — виновато отозвался боец. — Проведём нашим инструктаж.
Вообще, Дантес — опытный домушник и неплохо подстраховался. Только я уже скачал его память и знаю всю его подноготную. Другое дело, что я никогда не паду так низко, чтобы преследовать невиновную семью, так что ему повезло.
Проглотив весь эликсир, я киваю альву, благодарю его за работу, желаю Камиле спокойной ночи и выхожу в коридор.
На ходу решаю заглянуть к Светке. Просто проверить, всё ли спокойно. Открываю дверь тихо — и замираю на пороге.
В спальне — полумрак, мягкий лунный свет скользит по стенам, ложится серебром на кровать… и, надо сказать, обрисовывает занятную картину.
На кровати, поверх одеяла, валяются две девушки.
