Наши аналитики не отрицают, что род был создан как прикрытие или логово для оперативников Организации.
Светка сжимает кулаки: — Значит, жабоед!
— Значит, у Лорда Тени действительно мощная шпионская сеть, — замечаю. — Раз он сумел внедрить в наш мир даже целый поддельный дворянский род с гербом и историей.
Камила щурится: — Интересно, как Ангел принял ложную личину, а, Даня?
— Думаю, какой-то артефакт, — отвечаю. — В любом случае удачно, что я тогда съел ягоду Открытия и разоблачил крылатого петуха. Надо будет сообщить в Охранку.
Пусть держат уши торчком и зубы рядом.
Светка снова касается меня сбоку и шепчет: — Ну я же молодец, да?
— Ты — пуля. И вообще, нога у тебя тяжелая, — улыбаюсь.
А про себя думаю: если даже в Москву просачиваются шпионы Лорда Тени, то он чертовски опасный хрен. Обычно могучие сущности с Той Стороны игнорировали наш мир, считая его примитивным и не стоящим внимания. Исключения составляли только монахи с Обители Мучения, но теперь еще и этот Высший теневик нарисовался.
* * *После разговора с жёнами и Гересой я прохожусь по периметру. Не лишним будет лично проверить систему безопасности. Покой нам только снится, Ангел шныряет где-то рядом, да еще тот второй француз не спешит покидать Первопрестольную, а у меня тут жёны и одна на сносях."
"Гвардейцев уже предупредил и велел постоянно быть в полубоевой готовности. Прохожу вдоль периметра, осматриваю заминированных уисосиков. Ёжики-вонючки пока дремлют в своих гнёздах, свернувшись в клубки, но стоит что-то пойти не так — и они тут же выпустят облако газа в буферную зону между поместьем и лесом.
Вся окрестность завоняет так, что и волки, и диверсанты развернутся, не дойдя до первого куста.
Затем подхожу к Пузырю. Аномальный зверь, растянувшийся на стене усадьбы, мимикрируя под фасад. Так-то он незаметен, но под определённым углом бликует на солнце, как плёнка, обволакивающая здание. В случае чего Пузырь реагирует на прикосновение — хватает, переваривает, не выплёвывает. Своих слизистый не трогает, конечно.
В нём, если приглядеться, можно различить очертания неудачливых зверьков и птиц: кости, плавно двигающиеся в гелеобразной толще, словно странный биологический витраж.
— Надеюсь, аппетит у тебя остался, — усмехаюсь.
Пузырь в ответ издаёт довольное бульканье: бул-ль. Как и положено настоящему солдату — вечно голоден.
И тут раздаётся звонок. На связи — Маша Морозова, моя наречённая.
— Даня! Завтра я с тобой поеду на интервью великой княжны.
