Вид у обеих был холодный, почти враждебный. Похоже, их слова — это ещё мягко сказано. И всё же…
— Сразись с одной из нас, — внезапно подала голос Шейла. Глаза её сверкнули, а уголки губ задорно приподнялись. — Победишь — и мы пойдём за тобой. Проиграешь — и отправишься на алтарь, в качестве подношения Борею.
— Что, прямо так? — уточнил я, приподняв бровь.
— Прямо так, — подтвердила она, вскинув клинки. — Покажи, чего ты стоишь… если, конечно, не струсишь…
Глава 23
— Подношение Борею? — я усмехнулся, поднимаясь в полный рост.
— Шейла, ты что, совсем забыла? Я же его посланник. Как ты себе это представляешь?
Как она себе это представляет, я прекрасно знал. Вон как глаза сверкают. Наверняка затаила обиду. Не удивительно, ведь уже два раза чуть на тот свет не отправилась. Один раз благодаря мне, когда я не стал её убивать, а второй благодаря Лане, которая не успела закончить начатое. Впрочем, сама виновата. Не нужно было нападать. Пролетела бы мимо и всё бы обошлось. Нет же, почувствовала себя хозяйкой положения, так чего же теперь дуться?
— В таком случае в жертву мы принесём твою спутницу, — бросила Шейла и указав на Лану.
— Ага, точно затаила… — пробормотал я себе под нос. — Спокойно! — я остановил рукой Лану, не давая рвануться вперёд, чтобы выяснить отношения с Шейлой.
— Что эта дрянь про меня сказала? — рыкнула Лана.
Глаза девушки сузились, а голос сорвался на глухое рычание. Ещё бы чуть-чуть, и Шейла отхватила без какого-либо боя.
— Хочет, чтобы в случае проигрыша кто-то из нас отдал себя в жертву Борею, — пояснил я.
— Какого ещё проигрыша? — Лана уставилась на меня, хмурясь."
"— Скоро увидишь, — сказал я и добавил, — Главное — ни при каких обстоятельствах не вмешивайся. Порка должна быть показательной. А то решат, что я выиграл нечестно.
— А ты точно выиграешь? — недоверчиво спросила она.
— А ты как думаешь? — я улыбнулся ей своей фирменной улыбкой.
Я вытащил кинжал — тот самый, в который перенёс остатки силы Хлада. Тёмно-синее лезвие будто дрогнуло, когда я коснулся рукояти.
Внутри поблескивали голубоватые жилки. Кинжал буквально пульсировал, словно был живым. На секунду мне показалось, что он со своей пульсацией ничем не отличался от биения сердца. Я повернул его так, чтобы обе девушки могли разглядеть всё, что происходило у него внутри.
— Видите? Это дар Хлада, — начал я спокойно, даже немного театрально. — Здесь — его воля. Его память. Всё, чего он не успел завершить.
