Чёрные волосы, собранные в косу, выглядели небрежно, но это лишь подчёркивало разницу между охотницей и остальными девушками, у которых причёски были выверены до каждого сантиметра. Светлая кожа с живым, тёплым румянцем не нуждалась в косметике. Ни пудры, ни румян — и всё же лицо притягивало взгляд сильнее, чем любая накрашенная кукла.
Кожаный камзол с пуговицами из латуни сидел идеально, подчёркивая осанку, то ли выпрямленную годами службы, то ли упрямством. Корсет и белая блуза под ним, плотно облегали грудь, выгодно её подчёркивая.
Сразу видно, что вся одежда была сшита по индивидуальному заказу. И даже амулет с крупными драгоценными камнями не мог в должной мере отвлечь на себя внимание.
Княжич задумался. Девушка выбрала такой образ ради собственного удобства или же для соблазнения мужчин? Но одно Сергей знал точно, если им суждено будет сразиться, он проиграет. И вовсе не потому, что она сильнее. Просто отвести взгляд будет невозможно.
— Добро пожаловать на «Грача», — Константин среагировал первым.
Он подскочил с места, склонил голову и даже слегка поклонился. Голос его дрогнул, словно бы не ожидал от себя самого этой торжественности.
Мария тут же заметила, как Сергей уставился на Вьюгу, будто впервые увидел женщину. Она хмыкнула и со всей силы толкнула его локтем в бок. Сергей встрепенулся, чуть не выронив из рук кружку, но, кажется, даже не заметил удара — продолжал смотреть.
Взгляд его скользнул по плотным тёмным штанам, плотно обтягивающим бёдра, и задержался на высоких сапогах из поношенной кожи.
Девушка спустилась с небес на палубу и зашагала к столу уверенной походкой, чуть пружинистой, будто у хищницы.
На поясе висела шпага с выгнутой гардой, не парадной, а боевой. Рукоять стёрта, латунь потемнела от времени. Можно было сделать вывод, что к оружию она явно привыкла и очень часто им пользовалась. Плотная серая дымка, которая выбивалась из ножен, говорила о том, что связываться с ней опасно.
Княжич нахмурился. Эта женщина — не из тех, кто будет ждать спасения.
Она сама решит, кого спасать, а кого — бросить за борт, без колебаний и угрызений совести.
И тут до него дошло, кого она ему напоминала. Не кого-то конкретного, а скорее образ — капитан пиратов из старой книжки. Из тех, кто сам себе закон. Не хватало только треуголки с пером, старинного кремнёвого пистолета за поясом и попугая, матерящегося, как портовый грузчик.
При виде Вьюги, девушки как по указке поджали губы и начали поправлять причёски.
