Должен же я как-то тренироваться?
Помимо командиров в палатке находилась и Валерия, и её отец, Яков Васильевич, собственной персоной. Удачливый сукин сын, которому удалось благодаря мне выжить в той переделке с Литвиновым.
— Отец! Ну почему ты не хочешь меня слушать? Я же стараюсь! Из кожи вон лезу ради нашего рода! — Валерия, сделав страдальческое лицо, уговаривала барона. — Если мы получим катера Донского, то сможем уничтожить всю технику врага! А десант тем временем вырежет весь командный состав.
— Валерия, — Яков Васильевич вздохнул, отпив из чашки какой-то напиток.
— Ты пойми, эти люди служат барону, ни тебе, ни мне. Понимаешь? Они не станут ввязываться в войну без приказа.
— Давай скажем им, что Донского схватил Макаров и удерживает в здании с командирами? Тогда нам и делать ничего не придётся, а потом мы просто спишем всё на дезинформацию, — она развела руками.
Это я удачно зашёл. В палатке хоть и было достаточно светло, но всё же тёмных мест имелось полно. Юркнув внутрь, я расположился в тени напротив Валерии, чтобы вглядеться в эти большие, наглые, бесстыжие глаза!
Глава 11
(Временный штаб объединённой европейской армии, в пятидесяти километрах от Минска.
)
Хельмут фон Эйзенкрон сидел в зале для совещаний совершенно разбитый. Прошлая ночь далась ему очень тяжело. Операция, которую разработали советники, оказалась весьма успешной, но выпитый алкоголь всё же сумел помутить разум и вызвать сухость во рту. «Гадость!» — поморщился он и начал копаться в своей инкрустированной драгоценными камнями сумке.
«Надо было раньше воспользоваться „защитой от ядов“». Выудив артефакт, он активировал его и за несколько минут очистил кровь от вредных для организма примесей.
— Ну, — император прищурился, глядя на сидящих за столом советников и генералов, — Я хочу знать, как вы умудрились за один неполный день превратить оглушительную победу в оглушительное поражение? Кто начнёт?
Перед совещанием император несколько часов пересматривал записи с наблюдательных артефактов. Крушение крейсера «Георгия Победоносца» и правда выглядело эпичным.
Огромная махина буквально накрыла собой часть Минска, и всё же этого оказалось мало, чтобы сломить правую руку императору Российской Империи. Великий князь Потёмкин сбежал, цесаревич сбежал, и сразу же после этого Минск был стёрт с лица земли при помощи новейшей разработки русских «Гнев Богов».
Если под Брестом был использован всего лишь один подобный снаряд, то в Минск прилетело больше десяти ракет с подобной начинкой.
