Ее ноги обвивают мои бедра, позволяя мне сделать ей больно. Забрать то, что теперь стало нашим общим.
Мы стали единым, я чувствую ее боль как свою и клянусь себе, что больно делаю ей последний раз. Нежно целую в шею, шепчу признания в любви на ухо и признаюсь, как она прекрасна. И чувствую, как нежность переполняет меня, когда она шепчет то же мне в ответ.
И когда она готова, плавно двигаюсь, чувствуя ее удовольствие. Оно у нас теперь тоже одно на двоих.
Весь мир сосредоточен в этом хрупком теле. В ее ответных движениях, в ее страсти и стонах.
В том, как она выгибается, чтобы чувствовать мои губы, чтобы кусать и отвечать мне любовью.
И я наслаждаюсь ей, так же, как она наслаждается мной. И когда ее тело трясется от удовольствия, я чувствую его все, до капли. Маленькие молнии летают между нами. Она кричит мое имя, отчего удовольствие становится полным, другим, немыслимым и никогда раньше мною не испытываемым.
— Я тоже люблю тебя, — признался я, когда она вытянулась рядом на ковре.
Я поцеловал ее шею, отчего она улыбнулась и зажмурилась.
— Значит, ненужный мешок оказался очень даже необходимым."
"Ее фраза выбила меня из колеи, я замер и спустя полминуты понял, о чем она.
— Ты помнишь? — спросил с удивлением, смотря в хитрые голубые глаза, которые казались темными в приглушенном свете.
— Разве такое забудешь? — улыбнулась Элеонора. Она потянулась, и я снова почувствовал возбуждение, подавшись вперед, но она неожиданно слегка отстранилась.
— Я хочу бороться, Адриан, — уверенно сказала она.
Я вздохнул.
— Боюсь рисковать, ты единственное, что у меня есть, — искренне сказал я и провёл пальцами по её растрепавшимся волосам. Эти волосы сводили меня с ума с первого дня нашего знакомства.
— Я это знаю, — сказала она, — но нам придется. Мы должны найти того, кто пытается разрушить наше счастье. Найти и наказать.
Она говорила уверенно, и столько злости было в ее сжатых кулачках.
— Какая вы кровожадная, герцогиня Кейм, — говорю я в ее приоткрытые губы.
Элеонора улыбнулась и округлила глаза, она подалась вперед, и снова я почувствовал ее сладкий вкус.
— И ненасытная, — добавил я, позволяя увлечь меня за собой.
***
Элеонора
Утром я проснулась в кровати. Это стало удивительным открытием, так как заснула я на полу. Мышцы приятно ломило, и я улыбнулась, вспоминая весь вчерашний вечер.
Это было непристойно. А ведь я леди. Но какое до этого дело, если я была счастлива и впервые счастье казалось действительно полным.
Адриан любил меня.
