– Да, наш сын сейчас особенно нуждается в доверии отца. Как было бы хорошо, чтобы Альберто предложил, а сын согласился и начал работать!.. Я была бы счастливейшей женщиной в мире…
– А что Луис Альберто? Чем он занимается сейчас?
– Знаете, падре, он меня очень беспокоит, иногда целыми днями лежит на постели, не выходя из своей комнаты, только вечером иной раз спустится поужинать с нами или отправляется куда-то…
– Не могли бы, донья Елена, попросить его теперь прийти сюда, в библиотеку? Мы бы поговорили с ним…
Падре Адриан был дружен с семьей Сальватьерра очень давно, знал Луиса Альберто с пеленок, мальчик рос у него на глазах, и поэтому он считал себя вправе всегда говорить ему только правду, как бы горька она ни была.
Луис Альберто не всегда спокойно воспринимал советы священника, хотя в душе понимал, что это делается из добрых побуждений, из желания помочь ему. В одну из таких бесед падре даже признался, что прежде чем посвятить себя церкви, он в молодости прожигал жизнь ничуть не менее легкомысленно, чем это делал теперь Луис Альберто.
Конечно, прийти к богу было совсем непросто, это досталось ему ценой страданий и искупления грехов. Этот путь, понимал падре, не годился для молодого сеньора Сальватьерра. И сколько он ни говорил сегодня о серьезном отношении к своим близким, жене, матери, будущему ребенку, Луис Альберто оставался безучастным, дерзил, говорил, что ему все безразлично… Да, недавно, признался он, в нем проснулось острое желание начать новую жизнь, – появился стимул.
Но судьба обошлась с ним сурово и пропало жгучее желание что-либо менять. Что это был за стимул, Луис Альберто так и не сказал падре. И тем не менее священник видел, что в доме многое изменилось к лучшему, и это радовало его.
Он уже собрался уходить, когда вернулась из офиса Марианна. Девушка, он видел, менялась на глазах. За какие-то несколько месяцев без следа исчезли угловатость, вульгарные манеры… И падре не преминул ей сказать о том, как она похорошела, как изменилась в лучшую сторону.
– О, это все благодаря сеньорам! – счастливо засмеялась Марианна. – Спасибо, падре! Сеньоры решили одеть меня, как королеву, – вот и изменилась.
Она проводила падре до калитки сада, закрыла за ним дверь и тотчас увидела рядом Луиса Алъберто. Обязательно надо поговорить с ним, тотчас решила Марианна: ведь донья Елена надеется на нее, говорит, что только она может уговорить обоих мужчин.