Тогда он прижимает мою голову к своему плечу и крепко обхватывает меня за спину, зажав руки, пока я продолжаю плакать уже в его кожу, забив на все и выпуская наружу всю обиду.
— Какая же ты глупышка, Ася, — шепчет куда-то в мои волосы Кир. — Чуть что — сразу в слезы. Я ведь просто решил подшутить над тобой, а ты сразу в панику ударилась. Дурында мелкая.
Его голос становится неожиданно нежным, как и ласковые поглаживания большими пальцами по моей коже, так что я замираю неподвижно, продолжая по инерции изредка всхлипывать, и жду.
Жду, пока отпустит. Или пока ослабит бдительность настолько, что я смогу вырваться и сбежать.
* * *Все пошло по одному месту, потому что я, блядь, автоматически сделал то же, что и всегда — начал дразнить. А мелочь этого не любит и не всегда даже понимает. Итог — слезы. Моя девочка та еще плакса.
Я жду пока она постепенно утихнет и успокоится, а сам изо всех сил пытаюсь не дать своему стояку уткнуться ей в бедро, что охуенно сложная задача, учитывая, то сидит она практически у меня на коленях.
Но что я могу поделать, если она такая нежная, практически голая, находится рядом и я имею возможность касаться ее кожи без каких-либо преград? Если бы не эта истерика, то не факт, что я уже не был бы на ней, пробуя эту ароматную кожу на вкус.
— Прости меня, Ася, — выдавливаю из себя извинения, продолжая поглаживать ее спину.
Она ожидаемо напрягается, прекрасно зная, чего стоят мои извинения, ведь я так не люблю их приносить, даже когда на самом деле проебался.
— Почему ты такой, Кир? — устало спрашивает она, шмыгая носом и поднимая голову, чтобы посмотреть на меня.
Ее глаза красивые даже когда заплаканы, а губы припухли и покраснели. Хочу их. Но нельзя. Не сейчас.
— Не знаю, — ухмыляюсь я. — Можешь считать, что я от природы такой придурок. Но я правда лишь хотел немного тебя поддразнить. Не дуйся, мелочь.
Она отстраняется и я ей позволяю, опуская руки, но к моему облегчению, девочка не уходит, а просто отодвигается на противоположный угол, не сводя с меня глаз.
— Давай поговорим откровенно. Хоть раз, — просит она. — Чего ты добиваешься? Зачем изводишь меня? Я ведь рассталась с Федом. Что еще тебе от меня нужно?
— Я просто хочу подружиться, — иду ва-банк, затаив дыхание в ожидании ее реакции.
И она не подводит. Мелочь шокировано округляет глаза и кажется, даже не дышит.
— Подружиться? — переспрашивает она почти шепотом.
Это первый шаг. Сделать так, чтобы она перестала меня бояться и воспринимать как врага. Стать ближе.
