— У меня нет к нему никаких чувств, а если бы и были, то ты последний человек, с которым я стала бы откровенничать! Убирайся отсюда, я хочу переодеться.
Подойдя, толкаю его в плечо, но он и с места не двигается.
— Давно я не видел тебя такой эмоциональной, — издевается гаденыш. — В последний раз это было… год назад, кажется?
Я вздрагиваю от напоминания и быстро отворачиваюсь. Подойдя к комоду, достаю платье, которое ношу дома, и направляюсь к двери, игнорируя его и желая лишь сбежать от неприятного разговора.
— Так и быть, переоденусь в ванной, но будь добр исчезнуть, когда я вернусь, — говорю нейтральным тоном, но Кирилла не обмануть.
Вскочив с кровати, он успевает захлопнуть дверь перед моим носом прежде, чем я успеваю открыть ее достаточно, чтобы проскочить в коридор. Не стоило и надеяться, что Кир позволит мне уйти, когда я так уязвима.
— Ну, чего тебе? — спрашиваю со вздохом, удивляясь тому, насколько усталым и обреченным стал мой голос.
— Иди к зеркалу, — стальным тоном приказывает он.
Зная, что он потащит меня, если не сдвинусь с места, я подхожу к туалетному столику с зеркалом. Видок у меня тот еще: волосы всколочены, под глазами остатки туши для ресниц, губы потрескались. В отражении, позади меня, появляется Кирилл. Его мокрые волосы растрепаны, но он не кажется неряшливым, напротив, даже привлекательнее, чем с лучшей своей укладкой. Медовые глаза исследуют мое лицо с непонятным мне любопытством и я чувствую холодок в груди.
— Ну, и что ты видишь? — задает глупый вопрос.
— Нас, — закатив глаза, отвечаю я.
— А я вижу маленькую глупенькую девочку, которая влюбилась во взрослого парня и думает, что сможет заинтересовать его, — серьезно говорит Кир. — Я не хочу снова с тобой сюсюкаться, мелочь. Пойми уже, что мы с Федом не из твоей лиги. Не пытайся вписаться в нашу компанию. То, что мы с тобой семья, тебе не поможет.
— Я не влюбилась в Федю, — отрицаю, пытаясь сдержать слезы. — И я не собираюсь называть его Федом, потому что это глупо.
Какими бы крутыми вы себе не казались, вы просто два избалованных идиота, возомнившие себя какими-то мажорами из фильмов. Это жалко.
— Жалкая здесь — ты, — спокойно констатирует он. — Найди себе кого— то своего уровня, Ася. Я тебя предупредил. Не лезь к моим друзьям, не то последствия тебе не понравятся. Ты ведь помнишь, что было в прошлом году?
— Да пошел ты! — зло отталкиваю его, поворачиваясь к нему лицом.
