Черт, и что дальше? Просто засунуть его в рот? Или сначала облизать? Блин, надо было обучающее видео посмотреть или хотя бы порнуху! Я же буквально застыла с огромным твердым членом в руке, уставившись на него, как олень в свете фар.
— Подсказать? — со смешинкой в голосе стонет Кир. — Потому что если ты продолжишь его так сжимать…
— Ой, больно?! — испуганно выпускаю его «сокровище» из своей хватки и он чуть ли не пополам сгибается от смеха, гаденыш.
— Боже, мелочь, ты что-то с чем-то! — ржет Кир.
— Ну и ладно, иди и поищи себе тогда кого-нибудь другого сосать свой член, — обиженно бурчу я, слезая с кровати.
— Подожди, я же не в плохом смысле! — догоняет меня Кир, хватая за руку и притягивая к себе. — И мне никто, кроме тебя, не нужен, Ася.
Он чмокает меня в нос, а потом в поджатые губы и я не могу на него злиться, потому что Кир выглядит реально раскаивающимся.
— Ладно, — сдаюсь я. — Но ты должен пообещать не смеяться надо мной!
— Не буду, клянусь! — поднимает он руки. — Пойдем, я покажу, как надо.
К моему удивлению, Кир больше не ложится в кровать. Вместо этого он скидывает подушку с кресла на пол и садится в него.
— Сядь на колени на подушку, — инструктирует он, помогая мне устроиться поудобнее. — Не надо изощряться, просто используй язык и соси. Я все равно долго не продержусь, как только эти сладкие губки окажутся на мне.
Он обводит большим пальцем мои губы, а потом медленно подносит к ним свой кончик, предлагая мне приступить. И я решаюсь. Выкидываю из головы все сомнения и комплексы и делаю так, как хочу.
Облизываю языком его головку, а потом беру ее в рот, медленно заглатывая столько плоти, сколько могу вместить без рвотного рефлекса. И это едва половина всей его длины, блин! Но Киру, кажется, и этого хватает, потому что он резко втягивает воздух сквозь зубы и кладет ладонь мне на затылок, заставляя взять чуть глубже и тут же отступая назад."
"Честно сказать, все далеко не идеально. И учусь я не сразу, не схватываю на лету. Старательно сосу, пытаясь задействовать язык, но сама чувствую, что получается у меня не очень.
И это длится, кажется, вечность, потому что чем сильнее я стараюсь, тем хуже у меня получается. Или мне так кажется, потому что Кир в любом случае дышит все чаще и стонет все громче, пока не начинает делать фрикции, толкаясь в мой рот и беря на себя значительную часть работы, но при этом действует осторожно, не задвигая глубже, чем я могу принять.
Меня не волнует затекшая челюсть и растянутые до предела губы.
