Если бы я ответила на поцелуй, сориентировалась бы быстрее, возможно он бы поверил в мою ложь. Но сейчас, когда я была так растеряна и не понимала, что делать дальше. Врать про зелье было бессмысленно.
Оставалось только сказать правду. Но слова встали поперёк горла. Я трусливо молчала, борясь с подступающими слезами.
Нужно сказать правду Элеонора, иначе ты совсем его потеряешь! — кричала я сама себе.
Адриан давал мне время. Он молчал, сверлил меня своим темным презрительным взглядом и ни говорил ни слова.
И об это его презрение разбивались все мои попытки сказать хоть слово.
Я боялась оказаться отвергнутой еще больше, чем быть трусливой лгуньей. От нового порыва ветра я сжалась. Адриан нахмурился еще сильнее.
— Элеонора едь домой, — неожиданно сказал он. — Ты простудишься.
Его голос звучал сухо. Это не было заботой, скорее проявлением благородства. Спорить я не видела смысла. Но не успела я сделать и шаг, как герцог добавил.
— Ты не годишься для роли любовницы. Мое решение изначально было ошибкой.
С сегодняшнего дня, наш контракт разорван.
— Разорван? — это был удар по самому больному месту. Я не поверила в услышанное. Искала в глазах Адриана сомнение, злость, но сейчас он казался холодным и совершенно спокойным.
— Я выполню свои обещания, — продолжил он. — Разберусь с твоим наследством, закончу ремонт дома и займусь его продажей. С завтрашнего дня я подберу для тебя съемный дом. Больше нам нет смысла видеться.
Нет смысла видеться. Порывы ветра больше не колыхали ткань моего платья, но мне стало так холодно, словно я обнаженная вышла зимой и шла голыми ступнями по снегу.
— Прости меня, — выдавила я, в тот момент слезы нашли выход опалили щеки. Нет смысла видеться. Прозвучало снова.
Должно быть увидев мои слезы, Адриан нахумрился еще сильнее.
— Я бы хотела, чтобы мы остались друзьями, — сказала я хриплым от нахлынувших эмоций чувств. — Мне так жаль, что я подвела тебя.
Говорила искренне. Не могла поверить, что все закончится вот так, его презрением и ненавистью ко мне.
Это казалось невыносимым.
Адриан неожиданно снял камзол и накинул его на мои плечи. На миг появилась надежда, что он будет готов поговорить позже, но я ошиблась. Все то же благородство.
— Отныне все дела мы будем вести через доверенных людей. Наша встреча последняя.
Я снова и снова смотрела в темные глаза. Он говорил полностью серьезно, без капли сомнения. Адриан был зол, я разочаровала его.
