Застаньте ее врасплох и не бойтесь испачкать руки, если придется.
– Но почему? – спрашивает ее Ройс, и она переводит взгляд на меня.
Я смотрю ей в глаза и отвечаю:
– Потому что это необходимо.
Ройс вскакивает, Кэптен подходит ближе.
– Для чего? – с опаской спрашивает Кэп.
Я морщу лоб, а Мейбл выставляет подбородок.
Я смотрю на братьев.
– Чтобы сломать ее.
– Это то, чего ты хочешь? – спрашивает меня Кэптен с яростью во взгляде, которую он даже не пытается скрыть. – Хочешь толкнуть так, чтобы она упала?
– И тут же подхватить ее, да.
– А что, если она упадет не так, как нужно? – неуверенно спрашивает Ройс.
Я стискиваю зубы. Это исключено.
– Тогда мы убедимся, что ей будет очень больно, когда она долетит до земли.
* * *Кэптен подъезжает к школе и паркуется.
– Вы только посмотрите на этих мудаков. Собрались, чтобы посмотреть, что будет.
Ройс качает головой, нахмурившись.
– Нам нужно сделать это здесь, мать его, и быстро.
Кэптен бросает взгляд на меня, и я дергаю подбородком, чтобы он выкладывал, что у него на уме.
– Ты уверен, что готов?
– Готов к чему? Это наша, мать ее, школа.
– Ага, – он кивает, все так же глядя на меня. – И это твоя, блин, девушка будет идти за руку с Грейвеном. Коллинзом, мать его, Грейвеном, – с яростью произносит он, и мои челюсти сжимаются. – Так что я спрашиваю снова: ты готов к этому?
– Я переломаю ему запястья, Кэп.
– Мы будем рядом, чтобы помочь тебе, старик, но мы не можем игнорировать тот факт, что она сделала свой выбор.
Делай, что нужно, но не забывай, где она спала в прошлые выходные.
Мой взгляд ожесточается, и он пожимает плечами, а в его глазах отражается разочарование.
– Ты должен услышать это, брат, потому что черт его знает, что будет дальше. – Он смотрит мне прямо в глаза.
– Мы уже обговорили все это дерьмо. Мы идем туда, обращаемся с ней так, как со всеми остальными, и действуем по обстоятельствам.
– Ага, – он кивает. – Я знаю, что мы это обсуждали, но я заметил, как ты заскрипел зубами, когда мы заехали на эту парковку, и как задергалось твое колено, и как ты сжал кулаки прямо сейчас.
Я распахиваю дверь и выхожу из машины, а потом оборачиваюсь, чтобы нагнуться и взять свою сумку.
– Аргументы, мать твою, приняты."
"На его лице показывается слабая улыбка, и они вместе следуют за мной.
Мы встаем перед своим внедорожником, к нам подходят Мак и Лео.
Я смотрю на Лео и на старый «Тандерберд»[2], на котором он приехал.
