Виенна секунду моргает, а потом снова смеется:
– А я думала, это потому, что я слишком много говорю.
– И задаешь слишком много вопросов, – добавляю я.
– Ага, и потому эта чертовски измотанная телка сегодня с тобой.
Мы с девчонками все втроем хохочем, а Мэддок качает головой.
Когда мы останавливаемся у дома, девочки медлят.
Я подмигиваю Мэддоку.
– Идите через переднюю дверь, – говорю я им.
Виенна кивает, а Виктория сначала насмешливо морщится, а потом расплывается в улыбке и выходит.
Вернувшись домой, мы быстро принимаем душ, а потом идем в медиазал.
Я устраиваюсь на диване, а Мэддок накрывает меня своим телом, удерживая вес на локтях. Его взгляд обжигает меня:
– Мне не нравится думать, что кто-то знал тебя до меня.
– Я знаю.
– Он прав? – спрашивает он, и я отвожу взгляд, но он заставляет меня вновь посмотреть на него. Его ладонь обводит мой подбородок и гладит по щеке. – Он прав? – Он прищуривается. – Или для тебя эта жизнь скорее про удобства и развлечения?
Я обдумываю его слова.
– Что значит «быть счастливым»?
– Прекрати, Рэйвен.
Не строй из себя дурочку.
Меня накрывает неловкость. Мне не нравится думать о таких вещах, лучше вообще не заговаривать о таком, чем пытаться понять. Понимание сделает удар еще болезненнее, когда он будет нанесен.
– Мэддок, я не из нормальных.
– Я не люблю нормальных.
– Ну, я не умею этого делать.
– Как и я.
К черту его.
Я качаю головой, делая глубокий вдох.
– Я же говорила тебе, – шепчу я. – Я говорила тебе, чтобы ты даже не пытался меня удержать.
Он опускает свои губы к моим и закрывает глаза.
– Слишком поздно, детка. – Он целует меня, раздвигая коленом мои ноги. – Уже слишком, слишком поздно.
Я целую его в ответ, проваливаясь глубже в подушки под его весом. Как я сказала ему, я не из нормальных, и я бы не поняла, что счастлива, даже если бы счастье вдруг настигло меня.
Я знаю только, что в груди у меня все сжимается, когда он вот так смотрит на меня, я взвинчена сильнее, чем обычно, и я крайне нуждаюсь в нем – это чувство для меня в новинку, и я не понимаю его.
И это сильно раздражает.
Но даже при всем этом оно мне не претит.
И я не намереваюсь сбегать.
Глава 22
Рэйвен
– Простите, – окрикивает меня учительница, когда я толкаю дверь, чтобы выйти.
Я оглядываюсь на нее через плечо, приподняв бровь:
– Да?
– Ты не получала разрешения покинуть урок.
– Ей не нужно ничье разрешение, – говорит Кэптен со своего места, не отрывая глаз от тетради – в последнее время он много в ней пишет.
