И я на сто процентов уверена, что она уже была знакома с мисс Вега, хотя в тот день, когда мой «вроде как не социальный работник» привезла меня в этот дом, они вели себя так, как будто видели друг друга впервые.
Она идет к нам и раскрывает объятия Мэддоку.
Он целует ее волосы, она хлопает его по спине, а потом, немного отстранившись, обхватывает ладонями его лицо.
– Ты в порядке, мальчик?
– Да, мэм.
Расплакавшись, она гладит его по щеке, а потом обнимает Ройса и Кэптена.
Глубоко вздохнув, Мейбл поворачивается ко мне.
"
"Я хмурюсь – ничего не могу с собой поделать, потому что больше не доверяю женщине передо мной, да и никогда не доверяла. В смысле, я бы хотела доверять, но теперь знаю, что не стоит.
Я не могу верить ей, потому что они ей верят. У меня просто не осталось выбора.
Я чувствую на себе взгляды парней, и мне хочется посмотреть на них, но я не собираюсь облегчать ее участь, отведя глаза.
– Мне нужно с тобой поговорить, Рэйвен. Наедине, – говорит она.
Морщинки вокруг ее глаз углубляются, пока парни несколько мгновений колеблются, прежде чем войти в дом.
Я решаю не тратить время зря.
– Вы знали, но все равно позволили устроить мне засаду.
– Я поняла все постепенно, – признает она. – Начала подозревать кое-что, когда узнала, откуда ты приехала, а потом по кусочкам сложила общую картину.
– Вы стали так осторожны в своих словах, Мейбл. Вы боитесь говорить открыто, потому что не уверены, что поняли мы.
Она ничего не отрицает.
– Все, что я делаю или не делаю, – только ради этих мальчиков.
Верно. Потому что она верна им, как и должна. А я здесь чужая – и мне нужно помнить об этом, когда дело касается остальных.
– Вы не можете просить меня не говорить им о том, что вы это скрыли.
Она кивает.
– Я знаю и поэтому не буду. – Она делает шаг ко мне. В ее глазах я вижу грусть. – Как и ты не скажешь им, потому что знаешь, что у меня не было злого умысла. Я люблю их, и ты это видишь.
– Нет ничего хорошего во лжи.
– Я знаю. Расскажи им, если считаешь нужным, но я думаю, что сейчас в этом нет смысла.
Я знаю, что это причинило тебе боль, но это помогло моим мальчикам – а это именно то, что мне было нужно. Прости, дитя, – она опускает веки. – Того, кто окажется меж двух огней, не ждет ничего веселого.
«Не ждет ничего веселого» – так это еще не все?
– Он выкупил меня у нее и скормил своим сыновьям.
– Но ты вроде как не особо возражаешь против того, что в итоге получилось, не так ли?
– Я… – я прикусываю язык.
Вот же, проклятье. Нет, конечно.
