Как они попали в нашу машину, я понятия не имела, могла лишь предполагать, что все было хитро подстроено Яной. Уже к середине дороги голова гудела от их голосов. Зато Даня явно пребывал в хорошем расположении духа – улыбался мне и касался, словно невзначай, колена. Это заметила Яночка, ее перекосило, и она стала ныть, пытаясь привлечь к себе внимание, правда, выглядело это совсем по-детски. Сначала она захотела пить – я дала ей бутылку с газированной водой. Потом есть – я сунула ей мармелад.
Затем – в туалет. И тогда уже Дане пришлось остановиться у придорожного кафе. Разумеется, в туалет Яночку пришлось сопровождать мне – одна она, видите ли, боялась. После туалета она решила зайти в само кафе, и ее глаза загорелись, стоило ей увидеть шаурму.
– Дайте маленькую! – заявила она, протягивая деньги.
– А ты не боишься, что внутри крыса? – спросила я со скепсисом в голосе.
– Сама ты крыса, – отмахнулась Яночка. – Мне острую, пожалуйста!
3.40
В результате, в тот самый момент, когда мы вышли из кафе, рядом затормозила большая шикарная машина, в которой ехали ее родственники.
Открылось окно, и оттуда высунулась мать Яны.
– Что за дела, милая? – сердито спросила она, с омерзением глянув сначала на шаурму, а потом и на само кафе, которое явно не внушало ей доверия. – Ты собралась есть это? Забыв, что скоро начнется подготовка к соревнованиям?!
– Это она купила, я просто держу, – тут же заявила Яна и сунула шаурму мне в руку.
Ее мать удивленно уставилась на меня.
– Да, это моя, – вздохнула я, решив не выдавать эту дурочку.
– Не советую есть такое, Даша. И отравиться недолго. Впрочем, дело ваше.
Окно закрылось, и машина тронулась дальше следом за автомобилем Стаса.
– Ну и кто тут крыса? – насмешливо спросила я, возвращая шаурму.
– Все еще ты, но спасибо, – отозвалась Яна и жадно откусила от нее. Наверное, так выражала свой протест.
– Сложные тренировки-то? – спросила я, и она кивнула.
Яночка съела треть, отдала оставшееся виляющей хвостом собаке, живущей при кафе, и пошла к машине.
Вторая половина поездки прошла более спокойно. Леонид Тимофеевич к нашему приходу уснул, трогательно прижимая фляжку к груди. А Яночка, подобрев, стала рассказывать о фигурном катании.
Коттедж Чернова располагался не на той стороне водохранилища, где мы были в прошлый раз с Даней, а на другой, более высокой.
