– Правда? А кто тебе позволит? – он резко выдернул ремень и отбросил его в сторону – пряжка со звоном ударилась о ящик.
Матвеев направился ко мне, заставляя отходить назад, не сводя с него настороженных глаз. Словно он был охотником, а я – жертвой. И это меня раздражало.
Атмосфера вокруг царила раскалённая – как и мы сами. И все вокруг готово было вот-вот взорваться.
Шаг, еще шаг и еще. Моя спина уперлась в стену. Даня склонился ко мне – наши лбы почти соприкасались. И от такой близости мне снова стало не по себе.
Вырваться не получилось – он удерживал меня.
– Ты снова все интерпретировала так, как тебе хотелось, Сергеева. Так, как тебе было удобно, – заговорил он тихо, склонившись еще чуть ниже – его губы почти касались мое щеки. – Не используя логику. Оперируя эмоциями.
– Отвали от меня. Противен.
– Даже если противен, ты все равно никуда не уедешь, Даша. Потому что завтра мы снова продолжаем играть свои роли. И потому что ты должна быть около меня.
– Около тебя будет Серебрякова.
Мне хотелось ударить его и обнять одновременно.
– Хватит про нее говорить! – крикнул Даня, прижимая меня к стене. – Она здесь вообще не причем! Я ничего к ней не чувствую. Она просто друг. Хватит, Даша! Хватит, я устал!
– Просто друг? – с трудом вымолвила я. – Когда ты успел ее бросить, Матвеев?
– Да мы и не встречались никогда! Если бы ты сейчас дала мне возможность сказать – я бы все тебе рассказал! – его голос понизился. – Я бы еще тогда тебе рассказал, если бы ты разрешила.
Но ты ведь не захотела слушать.
Мне показалось, или в его глазах мелькнуло отчаяние?..
– Ты обманывал меня? – спросила я прямо.
Он лишь отвел взгляд в сторону. И я только сейчас заметила, что под его глазами залегли круги."
"Сердце пропустило пару ударов. Мои руки оказались на его шее – против моей воли. Я заставила его склонить голову и поцеловала – глубоко и зло, заставляя его отвечать мне и срывая с его губ сдавленный стон.
Этот поцелуй терзал наши губы и наши души.
Ранил, будоражил, давал надежду и так же легко отбирал ее, оставляя горечь.
Он был яркой вспышкой, ослепившей нас обоих.
– Хватит, Даша. – Уже во второй раз отстранился от меня Матвеев, держа за запястья. Его грудь тяжело опускалась и поднималась.
– Почему? Почему ты снова оттолкнул меня? – выкрикнула я.
– Не понимаешь? – усмехнулся он.
– Захотел поиздеваться?
– Глупая. Вовсе нет.
– Объясни. Объясни, наконец!
Его губы изогнулись в улыбке.
