— Что ж, дорогие коллеги, я сожалею о вашем решении, — сказал он невозмутимо, и в лице его я не увидела ни капли эмоций. Никаких эмоций! — Но вердикт есть вердикт, поэтому я прошу вас, Абрахам…
Я вытаращила глаза: ректор снял плащ!
— …принять знаки отличия — плащ и медаль. Медаль там в кармане. Я её, — Арманиус чуть усмехнулся, — с собой взял на всякий случай.
Γлава Совета кивнул, принимая «дар».
— Удачи тебе, Берт.
— Спасибо, — в голосе ректора появилась ирония. — Она мне пригодится.
* * *Наверное, это неправильно, но когда его лишили звания, Берт почувствовал облегчение.
Во-первых, всем действительно лучше думать, что он слаб, как котёнок, и никогда не восстановится — и ни к чему давать повод лишним слухам. Хотя архимагистерство ничего не даёт, но если кто-то заподозрит, что у Эн может получиться вылечить его…
Конечно, вряд ли заподозрит. Резерв восстановить невозможно. Особенно — после Геенны.
А во-вторых… демонски интересно будет узнать, как Эн решит его называть после этого совета.
Наверняка ведь «айл Арманиус» или что-то подобное. Просто из чувства противоречия.
— Почему вы так легко сдались? — спросила Эн, как только пространственный лифт истаял. — Всего два голоса! Может, если бы вы объяснили им, как Адэриусу, что речь идёт об уважении…
— Это было бы уже унижением, Эн, — Берт покачал головой. — А я не хочу унижаться перед ними. Самоуважение мне важнее архимагистерства.
Она молчала, закусив губу.
— Архимагистр — это всего лишь статус, ничего больше. И если у тебя получится восстановить резерв…
— Не «если»! — перебила она его.
— А «когда»!
Арманиус улыбнулся.
— Хорошо. Когда у тебя получится восстановить резерв, я пройду переаттестацию. Да, сейчас было неприятно, но это не смертельно. Я переживу. А ты… вытащи уже наконец свою демонскую иглу, Эн!
Она вздрогнула, вздохнула и вытащила артефакт. Из ранки сразу потекла кровь, и Эн открыла свою сумочку, достала кровеостанавливающее.
— Оставайся у меня.
— Что? — она едва не подпрыгнула, как и в той реальности.
— Не стесняйся. Уже поздно, а завтра тебе всё равно возвращаться ко мне. У меня полно гостевых комнат, они никем не заняты и зачарованы на принятие гостей в любой момент. Оставайся, Эн.
Она молчала, и Берт воспользовался тем же приёмом, что и в прошлый раз, спросив:
— Или ты боишься меня?
Эн вздрогнула и, помотав головой, тихо ответила:
— Нет, не боюсь. Но у меня нет с собой медицинской сумки. Завтра процедуры…
— С утра сбегаешь, недалеко же.
