— Ключи, документация — все на Анином столе. Телефон прораба я тебе скину, но лучше бы тебе вечерком Лялину набрать, пусть озвучит, чего у них там не сошлось, чтоб не повторять ошибок.
— Блин, сегодня пятница. Пробки с обеда, все на дачу мчат. У него где объект-то? — тру ладонями лицо, уговаривая себя смириться.
— На Солнечной. Коттеджный квартал. Адрес не помню, все у Аньки.
С тоской прикидываю, через сколько я доберусь. Коттеджный квартал относительно рядом, но даже не надо открывать мобильное приложение, чтобы увидеть, что все вокруг него сейчас показывает пробки в десять баллов.
Ненавижу Пашеньку! Чтоб у него осталось всего два зуба: один болел от горячего, а другой — от холодного!
Но какие у меня еще варианты? Если я останусь в офисе и буду мозолить глаза генеральному, он может додуматься еще до какой-нибудь гадости. Не отсиживаться же до вечера в курилке? Поеду взгляну на объект. Может, там и не так много осталось сделать. Анька дольше всех продержалась, но недавно и у нее начались проблемы с желудком на нервной почве.
Надо ехать.
Забрав ключи и собрав документацию по Юдинскому проекту, которая толщиной стопки напоминает гражданский кодекс, и это при том, что все основное, конечно, в электронном виде лежит у нас на серваке, я тащусь на остановку.
Машины у меня нет, водить я не умею и побаиваюсь начинать, так что я абсолютно безлошадная. А тратить деньги на такси из-за Пашенькиных причуд жалко. Тем более, что я скоро увольняюсь. Надо хоть резюме разослать.
В крайнем случае пойду флористом букеты продавать.
Я так в студенчестве на последних курсах универа подрабатывала. Вообще, милейшая работа, если бы не дубак от холодильников для роз.
Правда, к тому моменту, когда я добираюсь до Солнечной, я остро жалею о своей принципиальности. Ну кому я хуже сделала тем, что не вызвала такси?
Да, я вряд ли доехала бы быстрее, зато сделала бы это с кондиционером, а не в жуткой духоте, прижатая с двух сторон потными телами, пытаясь удержать одной рукой папку, а другой дотягиваясь до поручня, для которого я, несмотря на каблуки, оказываюсь недостаточно высокой.
Так что на нужной остановке я вылезаю еще более взмыленная и злая, чем была. Самым моим большим желанием сейчас становится — принять душ.
Проклиная все на свете, в том числе и Юдина, и Пашу, и даже безвинную Аню, во влажной духоте я топаю вдоль высоченных заборов, которыми обнесены местные дворцы, радующие взгляд разнообразием стилей от конструктивизма до цыганской роскоши.
