Целýю его в щеку и направляюсь к своей спальне, чтобы переодеться и оставить сумку.
– Все равно! – отец идет следом. – Мне тут проект прислали для новой гостиницы, а посоветоваться не с кем! У матери голова болит – ей все нравится, Лялька до сих пор гуляет, а Умка сегодня снова вернулась в печали. Кажется, что-то случилось с ее докладом, и она расстроена.
– Пап, не бузи. Лучше поставь чайник и чего у нас там вкусного есть? Я голодна – жуть!
– Поля! – повышает голос отец, обернувшись. – Чего у нас есть на ужин? Твой ребенок голоден!
– Светуль, кажется, котлеты остались! – отвечает из зала мама.
– Если Оля с Костиком не съели. Я слышала, они час назад на кухне толклись, так что не уверена.
– Съели! – приложив ладонь ко рту, докладывает папа. – И даже подливку. У Костика нынче аппетит – мужик! В общем, овсянка с ветчиной пойдет? – спрашивает участливо. – Я приготовлю!
Повар из него не ахти какой, но когда у тебя три дочери, а у жены – три ветеринарных клиники, приходится чему-нибудь, да научиться. И не важно, что старшей из дочерей уже двадцать семь.
Ответственность – штука такая: если она есть – с годами не проходит!
– А как насчет рыбки соленой, доча? – на лице родителя появляется хитрая ухмылка налакавшегося сливок кота. – Мне тут друзья такую рыбку презентовали – закачаешься! Хочешь?
– Конечно, пап!
– Тогда я быстро! Свет?
– А? – я оборачиваюсь на пороге.
– А может, по бокальчику пивка сообразим на двоих? Ну, раз уже у нас есть рыбка?
Я улыбаюсь и на секунду прикрываю глаза, давая понять, что согласна.
– Можно и по бокальчику. Но не больше, Уфимцев, – строго грожу родителю пальцем, – мне завтра на работу!
– Понял, Светуль! Сейчас все оформлю!
Отец у меня известный в городе бизнесмен. Владелец сети ветеринарных аптек и зоомагазинов в крупном областном центре. Совладелец нескольких гостиниц на побережье и курортных комплексов. Дядька интересный и важный, все как положено. При кожаном портфеле, личном водителе, автомобиле последней марки «лексус», тремя исполнительными директорами и пятикомнатной квартирой в самом дорогом жилом комплексе города – известной высотке «Седьмое небо».
Но все это находится в большом мире за дверью. Когда он дома, он обычный сорокашестилетний мужик. Все тот же Толик Уфимцев, в прошлом способный студент, который в девятнадцать лет женился, а в двадцать два катал меня на спине и кричал веселой лошадкой: «И-го-го! Светлячок, держись!»
Форель действительно оказалась нежная и вкусная, а пиво – мое любимое, баварское.
