Правда вечером мне сильно влетело от моего хвостатого тренера, который заявил, что работа с магией не заменит физического развития и пришлось вернуться к прежнему режиму, плюс ко всему, лес начал привлекать меня к оказанию помощи животным. Учил, как правильно заживлять раны и находить с ними общий язык. Как правильно попросить о помощи, и на какую именно помощь можно рассчитывать. Я полюбила лес и магия эльфов давалась мне очень легко, а мои огненные искорки уже превратились в шарики размером с теннисный мячик.
Учителя говорили мне, что это замечательный результат.
Осень закончилась, началась зима, а тренировки никто не отменял. Утепляться мне так и не разрешили, ведь я вроде как и дракон тоже, пришлось научиться поддерживать температуру тела на нужном уровне, чтобы не мерзнуть. Конечно, про это я не сама догадалась, но у меня получилось. Хватало, правда, такого обогрева только на время тренировок, но с каждым днем время использования огненной магии увеличивалось, а значит росли и мои силы.
Единственно, что радовало, это то, что вечера стали длиннее. Можно было посидеть у камина, и, смотря на огонь, заниматься своим самым любимым делом.
Глава 11"
"Как долго тянется время. Раньше дракон не очень сильно волновался по этому поводу. Он очень ждал появления своей пары, но не сильно обращал внимание на течение времени. У него всегда было много дел и забот. Он был уверен, что сразу узнает о появлении дарованной богами и сможет быстро ее найти.
Уверен-самоуверен….
самоуверенный болван.
Какими только эпитетами не награждал собственную персону Алекс, но это не приносило ему облегчения. Он понимал, что нужно начинать заниматься делами, помогать отцу, прекращать увлекаться самоедством. Набраться терпения, внимательно прислушиваться к своим ощущениям и ждать. Об этом же ему говорили родители, он понимал это и сам, но все валилось из рук. Длительные полеты и изнуряющие тренировки с новым, восхищающим всех, оружием не приносили облегчения.
Прошло лето и осень, наступила зима, а он по-прежнему не чувствовал ее. Точно знал, что жива, но не чувствовал ни отголосков эмоций, ни зова с ее стороны и все больше погружался в заторможенное состояние. Наконец, его отцу надоело заниматься утешением и разговорами, и он вызвал его на поединок с шестами. Удивленный Алексавель сначала не принял вызов всерьез, но получив несколько болезненных ударов начал, к радости отца, биться всерьез.
