А я не могу оставаться холодной к котятам, которые так искренне ждут похвалы.
По пути домой забегаю в супермаркет и покупаю себе овощи, куриное филе и шоколадные драже. Неспешно бреду по тротуару, рассматривая все еще зеленые деревья, длинные ветки, переходящие в подрагивающие от легкого ветра, кроны, окна многоэтажек соседнего элитного ЖК.
Грудь спазмом прихватывает, а глаза самовольно скользят с одного дома на другой. И хоть раньше у меня не было привычки рассматривать чужие дома, я проделываю это уже на протяжении нескольких дней всякий раз, когда иду мимо.
Зачем? Потому что помню, что «соседи». И губы наглые помню, и ощущение от них — горячее и запретное.
По телу неконтролируемо ниточки электричества ползут в который раз, стоит вспомнить те пару секунд с Сашей, когда он нахально влез в мое личное пространство. А до этого еще пару секунд во дворе дома Оли. А до этого клуб… И там было не пару секунд, а долгие минуты, пока меня трясло, как в лихорадке и жарило от таких взрослых и настойчивых прикосновений.
Облизав губы, утыкаюсь глазами в асфальт и ускоряю шаг, чтобы скорее пройти мимо этих чертовых многоэтажек. Вот не подозревала раньше, что он там живет и горя не знала! Зачем было говорить?
Трясу головой и делаю несколько глубоких вдохов, стараясь вытеснить ненужные мысли из головы. Они упрямые и навязчивые, и жутко мне не нравятся, так как вносят раздрай в мою устоявшуюся жизнь и заставляют чувствовать то, что не должна. Во всяком случае, к такому бабнику, как Саша.
"
"Наконец, нырнув в свой двор, выдыхаю. На окнах дома играют блики от закатного солнца, а я делаю несколько глубоких вдохов теплого воздуха. Так хорошо и тепло, что домой не хочется.
Может, пройтись? Прикидываю, что можно успеть, если очень захотеть. А я хочу. Надо только набрать Мишу и узнать свободен ли он.
Иногда мы с Мишей прогуливаемся, если оба не заняты. Выпиваем по стаканчику кофе и делимся событиями из жизни. Я ценю эти моменты и лелею каждую минуту, проведенную вместе.
Был период, когда сестра переехала в другой город, и мне было очень грустно.
Оля всегда была для меня больше, чем сестра. И пока она жила здесь, хоть и не с нами, а уже в своей квартире, мы все равно часто виделись. Бывало гуляли вдвоем, как в далеком детстве. Иногда к нам присоединялся Миша, я уже больше понимала и могла поддерживать беседы.
А потом… когда у них что-то случилось с Давидом, она уехала, даже не доучившись.
Их отношения всегда были сложными.
