— Миша не говорил во сколько будет ехать в центр? Может подбросил бы меня? — интересуюсь, отрезая кусочек омлета, который сестра заботливо подала мне к кофе.
— Ой, Алискин, а он уехал.
Вилка, которую я несла, так и зависает в воздухе.
— Как уехал?
— Какое-то срочное дело возникло. — садится рядом. — Ещё часа два назад собрался. Прости, малыш.
Аппетит пропадает мгновенно. Опускаю обратно вилку и без энтузиазма вожу ею по тарелке.
В груди скребётся отвратительным ощущением. Я не понимаю, что с ним в последнее время.
Раньше он так очевидно не игнорировал меня. И ладно бы я вешалась на него, или преследовала. Этим я перестала страдать лет пять назад.
— Эй, ну ты чего? — сестра ободряюще сжимает мои пальцы, — мы попросим Сашу тебя подвезти.
Неосознанно вздрагиваю, и забираю руку, чтобы сделать несколько глотков кофе.
— Не надо. Я доберусь.
— Да ладно. Ему не сложно.
Я не то, чтобы против. Просто ощущения у меня рядом с ним необъяснимые возникают. Они пугают… Я не привыкла к таким — появляющимся будто из ниоткуда и колючим.
Колючим во всех смыслах слова.
Ну, да ладно…
Вчера вечером вроде нормально пообщались. Не считая того момента, когда меня током ударило от его прикосновения. И взглядом ошпарило.
Но отказываться будет странно. Оля не поймёт. А рассказывать ей о том, что между нами произошло я не собираюсь ни под каким предлогом.
Для сестры, я, как и для Миши, все еще наивный ребенок, которого нужно оберегать от опасностей окружающего мира. В список опасностей, конечно, входят сомнительные знакомства и такие вот ситуации, как у нас случилась с Сашей.
Все почему-то забывают, что, когда маме с отчимом приходилось работать по две смены с младшим братом сидела именно я. Сама до сих пор не понимаю, как так вышло, что из младшей, всеми обожаемой Алиски, я вдруг стала старшей сестрой. Мне было девять, когда мама родила от своего нового мужа. А уже в одиннадцать я гуляла с ним на площадке также, как когда-то гуляла со мной Оля.
Кормила, купала, занималась всякими развивающими занятиями после уроков, а когда он болел, сидела рядом и даже компрессы ставила, которым научила меня мама.
Только по мере взросления я поняла сколько для меня делала сестра, когда возилась со мной в подростковом возрасте. Правда, мне повезло больше, потому что дядя Дима в отличии от нашего отца, не пил. Он, в принципе нормальный человек. Маму очень любит, да и ко мне как к родной относится. Ценит мою помощь.
Для него — я ответственная взрослая дочь.
