Я разнеженная, льну к нему, веду носом по мужской коже, потому что его запах сводит меня с ума, а потом ошалело вскрикиваю, когда он вдруг ощутимо прикладывается ладонью к моей ягодице.
— Ай, — дергаюсь, инстинктивно отталкивая его от себя, но Саша ловит меня за руку и развернув к себе спиной, еще раз огревает по заднице, — Саша!
— Это за недоверие мне! — рычит мне в ухо, теперь уже накрывая уязвленную ягодицу и нежно гладя её.
Моё сердце дрожа, дергается. Я поворачиваю голову, натыкаясь на взгляд потемневших глаз.
— Прости меня, — разворачиваюсь в его руках и привстав на носочки, веду губами по напряженной скуле. Он столько сделал для меня. Никогда не пытался прятать, защищал перед всеми наши отношения, не давал повода для сомнений. А я… — Я просто очень боялась тебя потерять. И потом… эта «знакомая», — прикусываю колючий подбородок, и чувствую, как меня сначала поднимают, а потом опускают на кровать."
"— Я ослеп, Алисён, — Саша нависает сверху. Сначала задирает мою кофточку, а потом решает, что мало ему пространства для маневра и стаскивает наверх, но не снимает до конца, а оставляет над головой, зафиксировав так мои руки.
Лифчик расстегивает спереди, — Оглох, — с жадностью поглощая взглядом мою грудь, склоняется и ловит сначала один сосок губами, а потом второй. Всасывает в рот, ударяет по ним языком. Судорожно выдохнув, я опускаю веки, — Вообще потерял любую дееспособность рядом с другими, — мягкие губы скользят вниз к моим трусикам и гладят поверх резинки кожу, заставляя меня выгибаться от нетерпения, — не вижу никого и не слышу, кроме одной заразы, поедающей мой мозг чайной ложечкой, — улыбаясь, закатываю от удовольствия глаза, — уж кому-кому, а тебе о знакомых переживать вообще бессмысленно.
Ибо соблазнить слепого и глухонемого не так-то просто.
Чувствую прикосновение мужских пальцев к низу моего живота и застываю. Мне немного щекотно и горячо одновременно. Саша подушечками гладит под пупком, а потом оставляет там несколько поцелуев.
Я закусываю губу, к глазам снова подбираются слезы.
Знаю, эта нежность не мне, а пупсу, и от этого меня накрывает. Избавившись от кофты, тянусь руками и запускаю пальцы в короткие черные волосы.
Я так боялась его реакции, а оказалось зря.
Саша, избавляет меня от трусиков, снимает свои брюки с нижним бельем и снова нависает сверху.
Совсем по-особенному изучает мое лицо, а я не могу оторваться от него. От пушистых ресниц, широких бровей и идеально очерченных губ.
