Майку же, которой заменила топ после репетиции, наоборот одергиваю вниз. Ехать на семейную встречу с голым животом, как по мне, моветон, поэтому я переоделась дома.
И накрасилась.
Правда… с ужасом замечаю, что пока я дремала в автобусе, подводка немного размазалась.
Чёрт… А я зеркало с собой не взяла.
Правильно говорит Карина, мне еще учиться и учиться быть настоящей девушкой. Нет в моей сумке того, что могло бы спасти в критической ситуации.
Мазнув кончиком мизинца по языку, приближаю лицо к стеклу и начинаю стирать крошечные черные потеки.
Сначала с одной стороны, а потом с другой.
Ну, вроде уже лучше.
Отстранившись, пристально осматриваю себя в стекле, а потом опять максимально приближаюсь к нему, и еще раз на всякий случай прохожусь мизинцем под глазом. Увлеченная наведением марафета даже сначала не замечаю, как мое отражение ползет вниз. А потом и вовсе исчезает, и вместо моей покрытой веснушками мордашки прямо напротив оказывается мужское лицо.
У меня от лица вся краска отливает, а бабочки застывают, словно пойманные на чем-то неприличном, потому что в светло-карих глазах читается насмешка.
— Не двигайся, — низкий хриплый голос рывком отбрасывает меня в вечер недельной давности.
Саша тянется и касается моей щеки горячими пальцами.
От того, как кожу обжигает ожогом, я вздрагиваю, а он, как ни в чем не бывало с усилием проходится шершавой подушечкой по веку.
— Вот теперь идеально, — ухмыльнувшись, кивком головы показывает, чтобы я отошла подальше.
На автомате отшагиваю, наблюдая, как он выходит из машины и захлопывает дверь.
Забрав с заднего сиденья спортивную сумку, ставит машину на сигнализацию и равняется со мной.
— Привет, — подавив смущение, наконец отыскиваю способность шевелить прилипшим к небу языком.
— Привет.
Пульс неровными импульсами толкается в венах. Черт, все ещё неловко… Думала, будет легче спустя время, а нет.
— Почему сразу не дал понять, что ты в машине? — вскидываю голову, отмечая, что без каблуков сегодня я едва дотягиваю ему до шеи.
— Я тебя и не сразу заметил.
Говорил по телефону, а потом ты заслонила мне солнце.
— И ты решил немножко понаблюдать?
— Почему бы и нет? Тем более есть за чем.
Прикусив губу, молча шагаю рядом.
Ветер доносит до моих рецепторов пряный и немного горьковатый ароматом парфюма, который казалось только-только выветрился из моей памяти, и теперь снова заставляет дышать через раз.
Намеренно делаю меньше вдохов, потому что не понимаю с каких пор мне нравятся такие агрессивные ароматы.
