Поэтому Эдор был опьянен лишь внезапной свободой, и усилием воли или отрешенностью (сканируя его разум, Рональд понял, что научил его достаточно) — мог устоять. Просто не захотел делать над собой такого большого усилия, обуреваемый в том числе, ненавистью к наставнику. У него был выбор, и он выбрал лететь к Аньис, зная, что рискует ее жизнью.
…А еще возникал вопрос, как лучше для Аньис в свете игры неизвестного противника… Отпустить ее, сделать вид, что она не часть его жизни и так обезопасить? Но противник поймет, что это лишь уловка, что он всегда придет к ней на помощь.
Возможно, разумнее, сделать ее ближе к себе, чтобы защитить в любой момент.
… Да и к тому же он искренне полюбил эту девочку. Тонкая мелодия в душе разлилась широкой рекой, Хранитель Вселенной больше не представлял жизни без нее. Если она уйдет — он отпустит ее, с горькой потерей, но отпустит. И будет следить издалека, помогать и защищать, станет незримой силой в ее жизни, как ангел-хранитель… А если погибнет… Он не умрет, не сойдет с ума от боли, не будет неутешен сотни лет.
Но еще одна часть его души, живая и тонкая, умрет безвозвратно.
* * *Конечно, огонь дракона изменил Аньис. Что-то в ней выгорело, что-то проявилось сильнее. Она не могла сказать, что именно, но ощущала, что стала немного другой. Спокойнее, отрешенней. Не только из-за долгой болезни, лишившей сил. Просто внутри стало по-другому. Меньше сомнений, меньше печали, а больше широты и уверенности.
А еще она чувствовала себя куда старше, чем раньше.
Не совсем юной девушкой, молодой женщиной, хранящей внутри целый мир. Пострадавший от огня дракона, но огромный, напитанный чувствами, мир.
И теперь она лучше понимала, что нужна многим. Родные, друзья и знакомые не знали причин ее болезни, но приходили навещать (только мать с отцом господин Рональд приказал не пускать на порог, а братьям и старшей сестре было позволено посетить выздоравливающую), присылали подарки. Господин Тэрье приходил побеседовать с ней, обсуждал дела ателье.
Целых три раза приезжала госпожа Кассора. Своим появлением она вызывала полнейший восторг Тиарны: «Даже жена короля любит нашу девочку!.. Кто бы мог подумать, когда она была худым и бледным подарочком!».
Посыльные от поклонников приносили цветы и записки с изъявлением надежды на скорейшее выздоровление Аньис и близкую встречу с этим поклонником. Это тоже было приятно, ничего не скажешь. Но теперь, более, чем когда либо, для нее существовал лишь один мужчина.
