Гиацинта чувствовала себя странно, неловко, словно она сместилась во времени. Ей хотелось прижаться к Гарету еще теснее, обнять его своими бедрами. Она была в чьем-то чулане, ночью, и хотя она холодела от страха, она не могла не чувствовать что-то еще... более мощное, чем страх. Это было возбуждение, нечто головокружительное и новое, отчего ее сердце забилось сильнее, а кровь начала пульсировать в жилах.
Ручка двери повернулась. Дверь открылась. А потом – вот чудо! – закрылась. Гиацинта сразу обмякла и почувствовала, что и Гарет тоже.
Она не понимала, как случилось, что их не заметили. Может, Гарет был лучше защищен всей этой одеждой, чем она предполагала? Или было слишком темно? Или человек не догадался посмотреть вниз и увидеть их ноги, или у него было плохое зрение. Или... А может быть, им чертовски повезло.
Они подождали, пока не стало ясно, что человек ушел, а потом на всякий случай простояли в чулане еще пять минут. Но потом Гарет раздвинул платья и вышел из чулана. Гиацинта подождала, пока он не прошептал:
– Пойдемте.
Они прокрались через весь дом, пока не дошли до окна со сломанной задвижкой. Гарет выпрыгнул первым, она – за ним, и он поддержал ее, пока она не опустила раму окна.
– Идите за мной, – сказал он, беря ее за руку. Гиацинта молча шла за ним, и страх понемногу сменялся возбуждением.
– Остановитесь, – сказала она Гарету. – Я задыхаюсь.
Он остановился, но посмотрел на нее сурово.
– Мне надо доставить вас домой.
– Я знаю, знаю. Я...
– Вы смеетесь? – удивился он.
– Нет.
То есть да!
– Вы сумасшедшая.
Она кивнула, все еще улыбаясь, как дурочка.
– Я тоже так думаю.
– Вы что, ничего не соображаете? Нас могли там поймать. Это был дворецкий моего отца, и можете мне поверить, у него никогда не было чувства юмора. Если бы он нас обнаружил, мой отец упрятал бы меня в тюрьму, а ваш брат потащил бы нас прямиком в церковь.
– Я знаю. – Гиацинта постаралась выглядеть серьезной.
Наконец она сдалась.
– Разве это не было забавно?
Она думала, что он не ответит. Все, что Гарет мог, – это смотреть на нее ошеломленным взглядом, потом она услышала его недоумевающий голос:
– Забавно?
– По крайней мере немного.
– Она изо всех сил старалась изобразить на лице уныние. Даже опустила уголки губ. Что угодно, лишь бы не расхохотаться.
– Вы безумны, вы просто буйно помешанная. Мне все говорили, но я не верил...
– Кто-то сказал вам, что я сумасшедшая?
– Эксцентричная.
– О! Думаю, что это правда.
– Ни один мужчина не сможет с вами ужиться.
