И самое худшее – она не понимала, что это была за игра.
– Ты так тяжело вздохнула.
Гиацинта в недоумении посмотрела на мать. Господи, сколько же времени она сидит вот так, уставившись в одну точку?
– Ты хочешь мне что-то рассказать? – спросила Вайолет.
Гиацинта покачала головой. Разве этим можно делиться с матерью?
– Подозреваю, – Вайолет, отпив глоток чая, – что у вас произошла первая ссора влюбленных.
Гиацинта изо всех сил старалась не покраснеть.
– И незачем смущаться и стыдиться.
– А я и не стыжусь!
Вайолет удивленно подняла брови, и Гиацинте захотелось дать себе пинка за то, что так легко попалась в ловушку матери.
– Ничего серьезного, – пробормотала она, тыча иголкой в вышивание, так что желтый цветок, который она так долго вышивала, стал похож на цыпленка.
Пожав плечами, Гиацинта достала оранжевые нитки. «Вышью ему клюв и лапки, – решила она. – А что?»
– Я знаю, что считается непозволительным выставлять напоказ свои чувства, – сказала Вайолет, – и я не предлагаю, чтобы ты сделала что-то, что можно было бы назвать притворством, но иногда очень помогает просто рассказать кому-нибудь о том, что тебя волнует.
Гиацинта встретилась с матерью взглядом.
– Я редко испытываю трудности, когда рассказываю людям о том, что я чувствую.
– Это правда. – Вайолет осталась немного недовольной тем, что ее теория разлетелась на мелкие осколки.
Гиацинта снова склонилась над вышиванием и обнаружила, что клюв у цыпленка оказался слишком высоко. Ладно, пусть цыпленок будет в шляпке.
– Может быть, это мистеру Сент-Клеру трудно.
..
– Я знаю, что он чувствует.
– А-а. – Вайолет поджала губы. – Может, он не знает, что ему делать дальше? Как узнать тебя поближе?
– Он знает, где я живу.
Вайолет вздохнула:
– Как же нелегко с тобой говорить.
– Я пытаюсь вышивать. – Гиацинта подняла пяльцы в качестве доказательства.
– Ты пытаешься избежать... Послушай, откуда у этого цветка взялось ухо?
– Это не ухо. И это не цветок.
– А вчера это разве был не цветок?
– Просто я творческий человек, – выдавила Гиацинта и приделала проклятому цветку второе ухо.
– Кто бы сомневался.
Гиацинта стала рассматривать, что же у нее получилось.
– Это полосатая кошка, – провозгласила она. – Осталось приделать хвост.
Вайолет помолчала.
– Как с тобой иногда бывает трудно!
– Я твоя дочь, – отрезала Гиацинта.
– Конечно, – Вайолет была явно шокирована такой реакцией дочери, – но...
– Почему ты считаешь, что всегда виновата я, что бы ни произошло?
– Я так не считаю.
