— Этот крестик я заметил на Тамаре еще в день заплыва. Удивился: ты же помнишь, какие времена были. Если мне не изменяет память, ей его подарила бабушка на шестнадцатилетие… Адрес, телефоны — все дали.
— А не заглянуть ли тебе к ней прямо после Ибицы? — с усмешкой предложил друг. — Заодно вернешь журнал и поблагодаришь за «удавшийся» отдых.
— Ты чего такой злой сегодня? — пряча цепочку с крестиком в коробочку, спросил Алексей. — Чем тебе Жаннет не угодила?"
"— Да узнал я ее! — не удержался Кушнеров и присел. — Как только ближе подошла, вспомнил, где видел: была Жанна, стала Жаннет.
Между прочим, одной из лучших стриптизерш в «Dolls» считалась.
— Ну, не нам судить… Не от хорошей жизни туда попадают.
— Зато ищут хорошую! Эта вот немца себе отхватила! Степенная, килограммов десять набрала, не меньше! А ведь худющая была!.. Да черт с ней! — махнул он рукой и придвинулся ближе к другу. — Ты верно заметил, что я злой. Представляешь, этот Дени — Инкин муж — позвонил утром Юльке. Она спала, я снял трубку и услышал, как кто-то лопочет по-французски.
Ответил по-английски… В общем, пообщались мы с ним. Оказывается, она, как сюда прилетела, так им и не позвонила.
— Ну, и чего ты нервничаешь? Она ему как дочь, вот и беспокоится.
— Да я это понимаю! — шумно выдохнул Артем и опустил голову. — Принять тяжело… Моя дочь — и какой-то чужой мужик рядом.
— А раньше ты это принимал?
— Принимал, понимал… Я только к сорока годам понял, что такое дети! — в сердцах бросил он и снова улегся на шезлонг. — С Юлькой поссорился…
— Из-за чего?
— Сначала отчитал за поведение на дискотеке, после — за то, что матери не позвонила.
Словом, сорвался на ребенке.
— Ну и глупо… Кто ты ей? Ты даже не воскресный папа, ты — отпускной.
— Спасибо тебе на добром слове!
— На здоровье! — также растянулся на шезлонге Алексей. — И не злись. Хочешь, я с ней поговорю?
— Я сам.
— Это правильно: со своим ребенком надо разговаривать самому… Только сначала подреми и остынь.
— Пробовал — не получается, — вздохнул Кушнеров.
— Все институтские годы из головы не лезут… Лучше давай рассказывай, что было дальше… Продолжим наш отпуск памяти Тамары Крапивиной и Инны Рождественской, — грустно пошутил он. — Помнишь, ты собирался ехать за рецензией для диплома, но, как только услышал от Инки, что Тамара четверку на экзамене получила, тут же куда-то рванул… Ведь ты к ней помчался, верно?
— Верно…
…«Почему четверка? Неужели и в этом тоже моя вина? — расстраивался Алексей, спеша к общежитию.
