«Максим слышал мой разговор с Лидой, когда она решила во всем сознаться», — мысленно добавил Алексей. Все сходилось, даже белый джип, на котором к его дому подъезжал неизвестный, был очень похож на машину, сбившую Лиду…
В четверг утром Кушнеров улетел в Париж, а Радченко приказал своей службе безопасности во что бы то ни стало найти Цеховского. Внутренне он был рад, что все точки над і расставлены. Он готов был даже отпустить Максима на все четыре стороны, но хотел напоследок посмотреть ему в глаза и понять, почему так в нем ошибался, чтобы не повторить ошибки и не вырастить себе нового врага…
Однако Цеховский как в воду канул, не появлялся он и на Большой Грузинской.
После того как детально обследовали дом, стало наконец ясно, каким путем можно было входить и выходить отсюда незамеченным — через чердак. Замки, посоветовавшись, решили не менять. Зачем? Ведь это готовая ловушка! В квартире провели несанкционированный обыск, нашли тайник, а в нем деньги и оружие. Об этом поставили в известность милицию, и поблизости теперь совершенно официально стала дежурить группа захвата.
Лида между тем окончательно пришла в себя. Восьмого марта Алексей поздравил ее с праздником, и она подтвердила, что иск на раздел имущества ее заставил подать Цеховский…
— Я отлучусь в город, — ближе к вечеру заглянул Чернов в гостиную. — Нюхом чую: он должен сегодня появиться. Во-первых, праздник, во-вторых, тридцать тысяч долларов в тайнике. Такими суммами не разбрасываются.
«Не такие уж большие деньги для Цеховского, — усмехнулся про себя Алексей.
— Половина его месячного оклада».
— Я с тобой, — выключил он телевизор. — Нет ничего хуже, чем сидеть и ждать.
— Тогда возьмем Мишу. Зря он не полетел с Кушнеровым.
— Возможно. Но в личной жизни лучше разбираться одному. Вот перевезет семью — всем работы хватит!
— Да уж. Одна Юлька чего стоит!
Михаил ждал их во дворе.
— Я за рулем, — занял Чернов водительское место, вставил в гнездо громкой связи телефон и достал из бардачка рацию.
По практически пустынным в этот день московским улицам до места домчались быстро.
Свернув во двор, Владимир остановился, включил рацию, пробежал взглядом по стоявшим у обочины машинам и медленно двинулся вперед. Вдруг он притормозил: слева от него в свете фонарей тускло отсвечивал тонированными стеклами белый джип. Кажется, в салоне было пусто. В этот момент заработала включенная на прием рация.
— Неизвестный зашел в подъезд… поднялся на последний этаж, — донеслось сквозь помехи.
