То, что еще чуть больше двух месяцев назад воспринималось, как крайность, больше не тревожило.
Ещё Марк осунулся.
Мила невольно перенесла его проблемы на себя. Она не сомневалась: её причастность имеется.
- Так-с, милая, тебе латте? Или что-то посерьезнее?
- От салата и чизкейка с маскарпоне не откажусь.
- Отлично.
Марк сделал заказ. Мила наблюдала за ним. Уверенные движения, гордый разворот плеч.
А они похожи… Глеб и Марк. Глеб более взрослый, более матерый. У Марка же ещё многое впереди.
- Ну, рассказывай, красота, как ты? По виду – цветешь.
- Это хорошо?
- Это оху… это охрененно.
- Матершинник.
- Я ничего не говорил, ты ничего не слышала, - он ей подмигнул.
- Я хожу в школу, - начала Мила, если не с самого главного, то с основополагающего события в её жизни. – Это чертовски круто. Рисую. У меня есть своя студия и свободное время.
- Учителя хвалят? – Марк подмигнул.
- Есть такое дело, - Мила расплылась в довольной улыбке.
Для встречи они выбрали небольшое уютное кафе в центре города. Ненавязчивая атмосфера в интерьере сразу привлекла Милу.
Негромкая музыка создавала дополнительный уют. В послеобеденное время народа почти не было, чему Мила тоже оказалась рада. Ей не хотелось суеты. Душа требовала именно тишины и спокойствия. А ещё близкого человека рядом. Единственным её другом по-прежнему оставался Марк. Она надеялась с ним общаться и дальше.
Те подруги, которых, скорее, можно назвать приятельницами - не в счет. Появились ещё несколько знакомых по школе. Периодически звали в кафе или вечером в рестораны.
Мила пока отказывалась.
Дайте вздохнуть…
Она училась дышать.
Вдох. Выдох.
Потрясающие ощущения.
И смотреть на людей иначе училась. Видеть не только черное и серое. То, что разрешено и на что наложено табу. Жизнь без ограничительных рамок поражала.
Для большинства людей её новые эмоции, новые восприятия показались бы смешными. Прогулки по окрестностям, интернет без ограничений. То, что девочки и мальчики получали едва ли с не досадикового возраста, она получала сейчас.
И это для неё было бомбой. Взрывом.
Глеб много работал, постоянно разъезжал. Виделись они лишь вечерами. Иногда он приходил, когда она уже спала. Выходили два раза в ресторан. Каждое – событие.
И новое платье."
"Она оказалась такой… девочкой. И пусть хоть кто-то её осудит! Пусть сначала пройдет её путь. С самого детства, когда покупали игрушку, а потом отнимали за глупую провинность. Не давали развиваться. Лишали возможности полноценно общаться с ровесниками.
