И сразу же исчезло.
За рулем был не Карим.
Глеб.
У Милы подкосились ноги. Рваное дыхание застряло где-то в горле.
Глеб… Он приехал за ней. Сам. Впервые. И тут… этот.
Она постаралась прийти в себя, но нехорошее предчувствие, терзавшее её с момента выхода из кабинета Юдины Олеговны, усилилось. Даже ладони закололо, и, чтобы как-то снять напряжение, Мила провела рукой по бокам.
- Твой?
Она не обратила внимания на реплику привязавшегося парня. Если он ещё стоит рядом – его проблемы.
Глеб остановил машину неподалеку.
Мила сделала шаг навстречу, намереваясь с меньшими потерями скользнуть на переднее пассажирское сиденье и на этом покончить с затянувшейся сценой.
У Глеба были другие планы. Он, не глуша двигатель, вышел. Клубный пиджак нараспашку, белая футболка, джинсы как всегда сидели на нем безупречно. Несколько кожаных браслетов украшали запястье руки, придавая образу некую небрежность. Мила снова ощутила то, что испытывала все последние дни, видя мужчину. Потребность.
В его присутствии рядом. В его прикосновении.
Запахе. Она с плохо скрываемым восхищением смотрела, как он приближается.
- Привет, Милослава.
Крепкая рука легла ей на талию.
- Привет.
- Всё хорошо?
Глеб смотрел только на неё.
И сердце заходилось не то от волнения, не то от радости. А может, и от облегчения.
Мила не заметила, чтобы Глеб злился.
- Да. Спасибо, что приехал за мной. Мне приятно.
Он коротко кивнул и слегка подтолкнул её за талию к автомобилю.
И всё же обернулся, чтобы посмотреть на чрезмерно активного фотографа.
Мила проявила малодушие и не стала наблюдать за ними. Нырнула в теплый салон автомобиля, заерзала, пытаясь найти более удобное положение и радуясь, что окна немного тонированы, и Глеб не видит её метаний. Ни к чему.
Мужчина долго не заставил себя ждать. Обошёл автомобиль и занял место рядом с ней.
Первой не выдержала Мила. Не глядя на Глеба, негромко заговорила.
- Я даже не знаю, как его зовут. Он начал меня фотографировать, я его попросила прекратить. Всё. Я его видела до этого, может быть, несколько раз, но мы не общались и не знакомились.
С каждым произносимым словом её тон повышался. Нервозность проскочила наружу. И непонятно, что бы она ещё наговорила.
- Мила, я не просил объяснений. Мне достаточно того, что я увидел. И твоего лица.
Она прикусила губу. А что он увидел?
Всю дорогу до дома они молчали. Мила постаралась абстрагироваться. Ей надо отпустить уходящий день. Слишком много негативных моментов отпечаталось.
Всё закончилось в доме.
