Щиты остальных выдержали, но я видел, что лишь у одного они явно превышают возможности простых лучников, а у парочки они достойно держатся против дистанционных физических атак, их придётся долго разряжать.
Пришлось потратиться на три артефактные стрелы. Моих навыков и опыта достаточно, чтобы на такой дистанции по человеку не промахиваться, а так как ничего иного враги демонстрировать не стали, все трое полегли в считанные секунды.
За это время лесовики разделались почти со всеми остальными. Лишь нескольким повезло успеть укрыться за толпой тяжёлых всадников, но работать оттуда через головы союзников у них не получалось.
— Камай, держи оставшихся магов! — скомандовал я. — Контроль! Не давайте им высунуться!
— Господин, они готовят удар! — прокричал в ответ идзумо.
Что за удар? По магам незаметно, что они пакость задумали, всецело заняты выживанием.
Но в бой вступили не маги, а офицеры. Скорее всего — верхушка отряда во главе с командиром неполной тысячи. Всадник могучего телосложения на коне редкостного размера.
Выглядит будто кентавр за счёт хитроумных чёрных лат, скрепляющих бронированного коня и человека в единое целое. Даже издали несложно понять, что доспехи дорогие, наверняка к их созданию не только кузнецы, а и артефакторы с зачарователями руки приложили.
В руке небрежно сжимает уродливое оружие. Я с ним, увы, знаком — всё тот же тяжеленный вульж. Этот, правда, на вид чуть изящнее и оснащён дополнительным остриём. Но всё равно смотрится грубой поделкой начинающего кузнеца.
Прочие офицеры экипированы куда скромнее и следовали за предводителем, будто утята за мамой. Всего-то пять спутников, но вместе с командиром они напрягали меня куда больше всех тех сотен воинов, которых мои люди сейчас безнаказанно расстреливали с нашего берега.
Подключая Восприятие, я улавливал лишь оттенки зелёного с редкими вкраплениями светло-жёлтого. Ни толпа рядовых, ни командиры не пугали розовыми или, тем более, красными отблесками. Следовательно, опасаться надо лишь их количества.
Но всё равно как-то неспокойно на душе. Трудно без эмоций смотреть, как неуправляемая, почти безумная конная и спешенная толпа безо всяких приказов заблаговременно расступается перед разгоняющимся чёрным всадником. И хотя он мчался всё быстрее и быстрее, ни один солдат не угодил под копыта его огромного коня.
Для такой давки — фантастика.
Вскинув лук, я выпустил обычную стрелу, когда до командующего оставалось две с половиной сотни шагов.
